Письма, 1926-1969 полностью

New York Review of Books я не видел. Можешь рассказать.

Полагаю, издательство хочет получить от Тебя предисловие, потому что Ты так известна в США и можешь посодействовать популярности моей книги, как в свое время я помог распространению Твоих в Германии. Но Тебе придется приложить некоторые усилия. Лишь в этом единственная трудность.

Предложение Эштона («Вопрос о виновности» и беседа с Аугштейном и парламентские дебаты в разных книгах) очень мне по душе. «Вопрос о виновности» вышел раньше (кажется в 1946-м) в Dial Press и тираж уже давно распродан (иначе я бы узнал о переиздании). Но стоит уточнить у издательства. Я уже получил от Эштона письмо. Вскоре отвечу: я очень всем доволен.

Я бы не стал еще раз читать книгу об Освенциме после того, как ознакомился с большинством репортажей FAZ. Это невыносимо, выходит за пределы человеческого воображения. Об этом следует знать. Гертруда прочитала все. Вывести ее из подавленного состояния было невозможно.

У нас все хорошо. Старческие болезни, о которых Тебе известно, на месте. Сегодня я все еще под воздействием последнего укола и пишу без напряжения.

Эрна в отпуске. Занеры хотели переехать к нам еще в прошлом году. Здесь Урсула¹ и маленький Штефан². Старшие дети³ у бабушки с дедушкой и других родственников. Завтра на неделю из Голландии приедет Рени⁴, чтобы помочь нам. Помимо этого каждый день (кроме воскресенья) приходят горничные. Дети приносят Гертруде много радости, но очень утомляют. Но удовольствие, которое доставляют малыши, для нее куда важнее.

Разумеется, весь начальный фрагмент книги о Германии – сентябрьские выборы – должен быть исключен.

Сердечный привет

Ваш Карл

Еще о моей книге: здесь поднялась большая суматоха, потому что Ульбрихт (ГДР) написал мне письмо длиной в двенадцать страниц. В конце концов, я написал статью в Zeit⁵ (с идиотским подзаголовком, придуманным в редакции). Я обо всем расскажу. На протяжении нескольких недель мое имя не сходило со страниц последних провинциальных газет. Предполагаю, что каждый немец, читающий газеты, сегодня знает мое имя. Теперь все закончилось. Удивительный опыт.

1. Урсула Занер (род. 1963).

2. Штефан Занер (род. 1965).

3. Клара (род. 1957) и Йоханна (род. 1960) Занер.

4. Эйрин Майер.

5. См.: п. 398, прим. 5 и 7.

Дорогой Почтеннейший, Милая,

как давно я должна была отправить вам это письмо! Мы чувствуем себя слишком хорошо и позволяем себе много лениться. И я уже представляю, как приеду к вам, а потому любое письмо кажется мне излишним. Занеры еще у вас или Эрна уже вернулась? Совсем скоро я смогу лично все проинспектировать.

Во-первых: Генрих в этот раз не приедет. Он впервые после очень напряженной зимы смог здесь отдохнуть – чувствует себя прекрасно – и хочет продолжать работу. Кроме того, он занялся лечением зубов, на которые очень давно не обращал внимания, и теперь настало время привести все в порядок. Так что придется вам довольствоваться моей компанией. Пока не могу сказать точно, когда приеду. В Нью-Йорке состоится заседание Американской ассоциации политологов, на котором мне предстоит прочитать доклад («Истина и политика»). Выступление пройдет седьмого, но заседание продлится дольше и будет невежливо сбежать сразу. Так что, возможно, я приеду между 12 и 15 сентября. Я еще напишу в гостиницу Euler (знаю, она для меня слишком роскошна, но я продала две статьи в New Yorker: «Брехт»¹ и «Истина и политика»², так что теперь очень богата), потому что она и Drei Königen – единственные, кто не принимает бесконечные туристические автобусы и никогда не просят освободить номер. Все это крайне обременительно. (Видишь, в 60 начинается новая жизнь: я во что бы то ни стало собираюсь играть роль «пожилой леди».) Остается лишь вопрос, как надолго? Я думала, на три недели, но обязательно сообщите, если для вас это слишком долго. Я хотела бы пригласить Аннхен и Мэри в Базель, потому что у меня нет никакого желания разъезжать по стране. Я также отказалась от всех лекций, выступлений на радио и прочего в Германии. В конце октября я снова буду в Чикаго, и зимой мне предстоит еще целый ряд выступлений – от гонорара свыше $1000 отказаться непросто, – и до тех пор я предпочитаю держать язык за зубами. Хочу навестить семью в Цюрихе и совсем не против туда доехать. Дайте знать, что вы думаете. И прошу, узнайте, что я могу привезти для Эрны. Она так давно ничего от меня не получала.

Теперь о письмах: искренне благодарю за такое быстрое решение вопроса с рекомендательным письмом. Оно идеально, и адвокат уже составил убедительный документ. Полагаю, ничего не получится, но стоит попробовать.