С этого времени до начала 1888 года обычно нескончаемый поток писем Винсента к брату уменьшился, что неудивительно, ведь теперь он жил в непосредственной близости от своего адресата. Однако из свидетельств очевидцев и по тому, как меняется характер искусства Ван Гога в этот период, мы можем судить о том, что он завел близкие знакомства с художниками, представлявшими новые течения в живописи: Анри Тулуз-Лотреком, Эмилем Бернаром, Жоржем Сёра. Последний использовал способ точечного нанесения мазков на холст, и этот прием Ван Гог, бесспорно, позаимствовал у французского художника-пуантилиста.
Я все чаще замечаю за собой, что мне больше нравится быть среди народа, которому это слово [одиночество] незнакомо – среди крестьян, ткачей. Это действует на меня благотворно. Пока я был здесь, обнаружил много интересного в этих людях.
Видел ли ты рисунки, изображающие ткачей, которых существует достаточно? Я видел, но очень мало. В настоящее время я работаю над двумя акварелями с ткачами.
Ткачей рисовать очень трудно, ибо в их маленьких комнатах мне не удается отойти на достаточное расстояние, чтобы нарисовать станок. Именно в этом кроется причина того, что они часто получаются неправильно. И тем не менее я нашел комнату с двумя с танками, где, надеюсь, мне удастся изобразить то, что я хочу.
Если принять во внимание все трудности, которые пришлось пережить маме, то, можно сказать, что ее настроение, к счастью, ровное и вполне хорошее. Она продолжает радоваться самым простым вещам. Недавно я нарисовал для нее небольшую церковь с изгородью и деревьями, и это тоже ее порадовало.
Ты, конечно, можешь понять, какое наслаждение доставляет мне простая, естественная жизнь здесь.
Если ты когда-то приедешь сюда, я покажу тебе дома ткачей. И ты увидишь там ткачей и женщин, занимающихся сушкой прокрашенной шерсти.
Последний из сделанных мною этюдов – это человек, сидящий за своим ткацким станком: в полный рост, вполовину и его руки. Я написал станок, зеленоватый дуб которого от времени сделался коричневым; на нем выбит год, когда его вырезали – 1730. Рядом со станком, стоящим у окна, через которое виднеются зеленые поля, детское креслице, в нем сидит ребенок и часами наблюдает одну и ту же картину – как челнок движется взад, вперед и в обратном направлении. Я показал эту сцену такой, какова она в реальности: у окна станок с ткачом, кресло ребенка в жилой, хорошо убранной части дома с плиточным полом.
Хотел написать тебе несколько слов – в том числе и в ответ на твое письмо, в котором ты комментируешь мои рисунки, сделанные пером. Хочу сказать, что у меня для тебя готовы пять рисунков с ткачами, которые я срисовал с моих этюдов и которые в отдельных деталях несколько отличаются от тех, что ты уже видел до настоящего времени, и, надеюсь, отличаются в лучшую сторону.
В ближайшие дни я пришлю тебе еще один рисунок с ткачом, выполненный пером, он большего размера, чем другие пять. Станок на нем показан фронтально – таким образом, этот рисунок довершает серию изображений на этот сюжет. Уверен, что они будут смотреться превосходно, если поместить их в паспарту на серый энгр.
Буду несколько разочарован, если эти рисунки вернутся обратно. И если случится так, что никто из тех, кого ты знаешь, не захочет купить их, оставь их себе – это будут первые экспонаты из будущей коллекции рисунков пером, которые будут сделаны умельцем из Брабанта, за которую я с радостью бы принялся. Если допустить то, что я пробуду в Брабанте достаточно долго, идея о создании коллекции не такая уж и плохая.
Ты сказал, что, если мои рисунки будут достаточно хороши, ты повесишь их рядом с работами Милле или Домье в своей галерее.
Что касается меня, то я, конечно, верю в это, но также знаю, что существует множество людей, к которым я мог бы обратиться. Если мои рисунки благодаря тебе появятся на рынке, они могли бы быть интересны торговому дому Г amp;Ко (Гупиль и Ко), который специализируется на такого рода искусстве (Милле и Домье). Хочу добавить, что Гупиль и Ко не станет покупать их сейчас, когда продажи работ Милле или же Домье все возрастают, и будет заниматься исключительно Милле и Домье. Но много лет назад, когда Милле и Домье начинали свой путь в искусстве, Г amp;Ко был очень занят продажами произведений Жюля Брошара и месье Поля Делароша (месье Деларош лично для меня мало что значит), не так ли? Так что с большой долей вероятности мои работы могли бы в будущем заинтересовать Гупиль и Ко.
В настоящее время у меня уже готовы следующие рисунки, которые я планирую прислать тебе в этом месяце: это «Зимний сад», «Березы с подстриженными ветвями», «Аллея с тополями», «Зимородок».
