— Недавний мятеж в Персии дело рук британской разведки, здесь и добавить нечего. А ведь там наши товарищи рисковали. Торговля остановилась, от этого многим пришлось пояса затянуть. На этом англичане не остановились. Отказ продавать нефть, а ведь топливо, это кровь нашей страны — подлость. Без бензина и соляра урожай не собрать и поля не засеять, заводы останавливаются, люди без зарплаты остаются. А позавчера, все знаете, Англия подло без объявления войны атаковала нашего союзника. Если норвежцы не выдержат, английский флот войдет в Балтийское море, самолеты с норвежских аэродромов дотянутся до Мурмана. Мы будем ждать, пока враги дойдут до наших границ и изготовятся к атаке? Я думаю, неправильно это. И царь наш, долгих лет Алексею Николаевичу, так решил.
— Так что, не дрейфить. С англичанами мы давно не воевали, но флот у нас хороший, руки есть, головы на плечах. Мы все не зря учились, не зря жалование и довольствие получаем. Первая задача для нашего «Двенадцать апостолов», для всех нас — сдаем зачеты, готовим корабль к боям. Я лично хочу и от каждого требую, выложиться как следует. Чем быстрее нас переведут из «условно действующего» в «действующий» состав, тем быстрее со всей эскадрой пойдем в бой.
— У нас очень сильный корабль. У англичан нет авианосцев с такой самолетовместимостью, у них нет таких истребителей как «Сапсан», таких пикировщиков, как наши «Бакланы». Наша задача встать в строй с нашими братьями на линкорах и других авианосцах. Вместе эскадрой мы сила. Вместе всеми флотами мы несокрушимы!
В ангаре громыхнуло «Ура!».
— Есть вопросы? На молитву стройся!
Вперед выступил корабельный священник отец Диомид. Люди склонили головы при первых словах торжественного молебна о победе русского воинства. Большинство моряков и летчиков искренне повторяли слова молитвы. Крестились истово. Отец Диомид вспомнил слова Христа: «Не мир я вам принес, но меч». Еще раз напомнил людям, что драться за правое дело, за своих ближних, свою страну, нацию, за своих друзей дело богоугодное. Сам Бог всегда за справедливость, всегда на стороне правых.
— Так и нам положено за своих братьев и близких не щадить живота, — закончил священник.
Торжественное построение и молебен не причина отменять полеты. Сегодня работали штурмовики и торпедоносцы. Отличилась торпедная эскадрилья, сумевшая показать «звездную» атаку на «Лешего».
Ближе к обеду на горизонте показался «Воротынский» с парой эсминцев эскорта. Легкий авианосец шел с расчехленными, готовыми к бою орудиями, на палубе чисто, все самолеты в ангарах. Красивый корабль, проектировщики сумели вписать ангары в борта, сделать их продолжением корпуса, небольшая высокая надстройка добавляла авианосцу элегантности.
После обязательного обмена приветствиями, из рубки «Воротынского» по УКВ передали новый приказ командующего эскадрой: «Возвращаться на базу».
Вскоре «Леший» и два эсминца из эскорта «Апостолов» ушли за «Воротынским». Куда командование погнало легкий авианосец? — Сие неведомо. На флоте и в армии никогда не сообщают лишнего, что непосредственно тебя не касается. Остается только гадать. Вполне возможно, корабль идет встречать прорывающихся в Россию купцов.
Вот и накрылся еще один порт. Теперь мало кто осмелится идти из Штатов в Мурман через Атлантику, где доминирует британский флот. Дарданеллы закрыты, Балтика тоже. Остался у нас один Владивосток. Да еще через японский Дальний можно торговать. Тоже край света. Оттуда через всю Россию по Транссибу грузы вести. Накрылась торговля афедроном вавилонской блудницы. Впрочем, большинство летчиков о таких вещах не задумывались. Людей куда больше интересовали доносящиеся с камбуза запахи.
Авианосец спокойно держал 20 узлов, турбины довольно гудели, от форштевня разбегались пенные усы. Корабль дважды менял курс, разворачивался против ветра чтоб принять и поднять самолеты. Затем вновь возвращался к направлению на Кольский залив. В виду берега сигнальщики обнаружили целую рыбацкую флотилию. Война войной, а люди спешат на промыслы, идут за добычей.
Каперанг Кербер отрядил «Пустельгу» пробежаться до рыболовов, отсемафорить предупреждение. Радио штука дорогая, не у всех траулеров есть. Могут ведь и не знать, что теперь следует быть осторожнее.
Когда корабли проходили мимо батарей острова Торос по громкой связи сообщили, что на борту «Светланы» из Осло вывезли королевскую семью Норвегии. В кубриках и столовых во всю обсуждали новость. Только Кирилл молча слушал и в разговоры не вступал. Вечером в кубрике он в очередной раз открыл конверт и развернул письмо дяди Ивана. Скупые короткие строчки на серой бумаге.
С дядей все хорошо, занят новым делом, на службе освоился, к новой форме привык. Дядя Ваня передает привет, просит беречь себя, чаще писать маме и брату. Напоминает, что в Петербурге Кирилла ждут, двери дома Никифоровых в Сосновке всегда для него открыты. Дедушка и бабушка, тетя Лена, кузены все будут рады. Вот только пишет дядя из Персии. На конверте штампы Военного ведомства, а письмо вскрывалось и читалось цензором.
