— Нефть. У вас в тылу уже работают нефтяники, восстанавливают добычу, привлекают рабочих и уговаривают специалистов поработать на нас. Уже сейчас пошли первые цистерны с нефтью по железной дороге. Пока по нашей ветке через от Керкука через Сулейманию и на Баку. Через три-четыре дня восстановим турецкий маршрут на Константинополь или Эрзенк.
— Мы учитываем нагрузку от нефтяных перевозок, — сухо ответствовал Лазарев. — Если не ошибаюсь, это все до пуска нефтепровода.
— Не получится, — констатировал порученец. — Маршрут через Урмию давно проработан, трубы заказаны, но работы займут больше года. Очень сложный маршрут, очень дорого тянуть трубопровод через горы, много водных переходов. В обычное время это было не выгодно. Да и сейчас, Вы сами знаете, расчет был на захват Хайфы и Бейрута, использование британских труб и танкерных перевозок.
Алексей коротко одобрительно кивнул порученцу и вернулся к карте.
— Флот не поможет, снабжение морем пойдет не скоро. Турецкий маршрут только по ранним договоренностям.
Все взгляды прикованы к царю. Доселе молчавший штабист вдруг тряхнул головой, его лицо исказила горькая усмешка.
— Десанта на Кипр не будет, — продолжил царь Алексей, чувствовалось, слова даются ему с трудом. — Эскадра Средиземноморского флота сегодня потерпела поражение у Кипра. Потоплены два линкора. Британские потери пока неизвестны, не думаю, что они серьёзны.
Быкадоров переглянулся со своим начальником штаба.
— У нас есть план атаки через Пальмиру. Разрешите, Борис Петрович доложит.
Начальник штаба фронта встал, машинально смахнул пылинки с мундира. Получив разрешающий кивок царя вышел к карте.
Говорил он спокойно, четко по делу. Задумка заключалась в быстром марше двух мехбригад через пустыню на Пальмиру, где организуется промежуточная база снабжения, затем подвижные части не теряя темп атакуют на Хомс или Дамаск по ситуации. Идущие следом подвижные дивизии усиливают удар, берут Триполи и Бейрут, оставляют заслон против французов и разворачиваются на Палестину. Все тоже самое что и с первоначальным планом, но сирийская группировка не уничтожается, а блокируется. Узкое место — придется срочно бросать ресурсы на строительство дорог через пустыню. Снабжение повиснет на автомобильном транспорте что ограничивает численность атакующей группировки.
Следующий час генерал-майор Лазарев стойко отбивался от критики. Но на его стороне оказался военный министр. Наконец, Алексей хлопком по столу прекратил прения. План принят. На завтра планируется второе совещание уже с участием моряков. Начальника штаба с армейцами отправили дорабатывать свои идеи.
— А вас я прошу задержаться, — царь повернулся к военному министру и легонько шлёпнул по плечу Дмитрия.
— Может чай или кофе? — предложил Верховский. — Признаться, в горле пересохло.
С этими словами министр залпом опрокинул стакан воды.
— Звоните, — согласился царь.
Дмитрий достал портсигар и бросил на сюзерена вопрошающий взгляд. В ответ получил кивок бровями.
— Угостите, если не трудно. Я свои в Красном замке оставил.
Кофе и чай принесли быстро. Вкусы царя и министра здесь знали. Дмитрию на выбор принесли и то и другое. Он не привередничал, выпил половину чашки кофе, а в чайную чашку налил на треть заварки. Требовалось взбодриться и привести мысли в порядок.
— Я понимаю, армия не посчитала нужным доложить о наших бедах и главных сложностях?
— Они их не видят, Ваше Величество. Генерал-майор понял, — взгляд в сторону Дмитрия, — а они нет.
— Техника?
— Да. Операцию изначально считали по опыту туркестанских частей. На самом деле все оказалось хуже. Марши по горным дорогам и пустыням убивают машины хуже снарядов. Даже «Дромадеры» туркестанского исполнения не выдерживают. У меня от интендантов уже заявки на две тысячи автомобилей и тысячу моторов. Конечно, просят с запасом, но вот вам масштаб бедствия.
— С топливом проблемы есть?
— Скорее всего нет. Общий расход в пределах плана. Оперативные запасы на две недели активных действий. При этом постоянно подвозим бензин.
В России военное министерство в первую очередь отвечало за организационные вопросы, мобилизацию и военные заказы. Не удивительно что министр даже без блокнота и подсказок референтов сходу называл цифры и вспоминал болезненные моменты.
— Наступление через эту самую Пальмиру реально?
— Как понял, основные силы противник оттянул на север, у англичан в Палестине расчетная дивизия россыпью. Если наши все провернут быстро, то до Бейрута дойдут парадным маршем.
— Снабжение?
— Надо считать. Пусть Вержбицкий своих планировщиков запрягает. Снабжение одного корпуса до Иерусалима и Яффы должны выдержать. Но не обещаю. Две трети автопарка после операции придется списывать, разумеется.
— Что у нас на море случилось, Алексей Николаевич? — с языка князя сорвался тревожащий его вопрос.
