Сегодня возникли проблемы. Здесь нет воды. Мы установили лагерь на высоте 3400 метров под перевалом Туло Багин, куда собираемся подняться завтра. Тридцать лет назад и более носильщики всего за один день проделывали путь снизу до высокогорного пастбища, отделяющего долину Кали-Гандаки от долины Миристи. В экспедициях последних лет вошло в привычку устанавливать здесь, на краю леса, промежуточный лагерь. Место сказочно красивое: вокруг высоченные сосны и цветущие рододендроны, луг усеян примулами, а еще здесь встречаются огромные кусты волчеягодника. Все цветет и пахнет, даже когда на Дхаулагири идет снег.
Мы отправили пару носильщиков выше по склону набрать снега. В крайнем случае я вытерпел бы целую ночь без питья, но остальные, в том числе мучимые жаждой носильщики, не смогут. В общем, ночь будет не из приятных.
Утром предстоит переход по самому сложному участку пути. По крутым скалистым склонам и кое-где по заснеженным оврагам мы должны выйти на Туло Багин, там располагается пастбище, которое используется только в летние месяцы. Несколько тысяч овец и коз пасутся там в муссон. Пройдя через пастбище, мы спустимся к реке Миристи, где есть горизонтальные участки под палатки и вода.
Четверых моих спутников «наша стена» интересует больше, чем что-либо на свете. Ханс Каммерландер взял на себя обязанности доктора. Райнхард Патшайдер и Люгги Ризер делают все, что им говорят, как послушные школьники. Хотя Райнхард всегда готов помочь, энергичен и обладает практической хваткой, он ведет себя скромно, а вот Люгги только и знает, что балагурит. Вероятно, чтобы побороть свой страх.
Трудно испытывать радость при восхождении по сложной стене такой высокой горы – слишком много поводов для тревоги. На пределе возможностей не очень удается наслаждаться. Райнхард Шистл – единственный, кто полностью спокоен.
Дорогая Сабина!
Сегодня ночью мне снились сбивчивые сны, как бывает часто, когда я нахожусь здесь наверху вдали от всех. При длительном пребывании на большой высоте в этом нет ничего необычного. Сновидения меняются, становятся более яркими. Мне снилось, что у тебя получилось спуститься и ты снова уверенно зажила своей привычной жизнью.
Вчера у подножия стены мы установили первый высотный лагерь на 5100 метров – на краю вздыбившегося разлома ледника, в месте, надежно защищенном от лавин, которые частенько сходят по правой стороне стены. Чем дольше я здесь нахожусь, тем прекраснее мне кажется эта стена. Маршрут, который я впервые наметил в 1977-м, находясь на Дхаулагири, логичен, учитывает особенности рельефа. И при этом не опасен. Только если на среднем участке стены выпадет снег, следовало бы опасаться, что лавины сделают дальнейший подъем и спуск невозможным.
Завтра, только если позволит погода, мы собираемся разделиться, чтобы поработать на маршрутах подъема и спуска. Мы с Хансом пойдем маршрутом Эрцога 1950 года до отметки 6000 метров, чтобы наметить предполагаемый спуск по «классике». Обе девушки, Рут и Бригитте, намерены сопровождать нас до кромки ледника.
Остальные три члена команды пойдут в направлении лагеря II и провесят веревки на нижнем участке стены. Миновав серак, мы рискнем приступить к восхождению в альпийском стиле. Спускаться будем, вероятнее всего, по северному ребру (как Эрцог в 1950-м).
Рут здесь нравится, она наловчилась перекидываться шутками с шерпами и освоилась в бытовом плане. Единственный, кто ощущается в экспедиции инородным телом, – радиожурналист, который болтает без остановки и не особо понимает, что творится у нас в душе. А так команда подобралась сбалансированная и дружная.
Над палатками натянуты три гирлянды с молитвенными флажками. Кухня компактно расположилась на двух уровнях между двумя массивными скалистыми глыбами, палатки сагибов стоят вокруг, будто их в случайном порядке рассыпали по дну долины. Ощущение, будто мы стоим тут лагерем уже несколько лет. Это мое место: много солнца, тишина и повсюду зелень, дух захватывает. По утрам меня чаще всего будит птичье пение, или по дуновению ветра, не вылезая из палатки, понимаю, что погода будет хорошей. Повар Анг Ками старается кормить нас лучшим, что можно приготовить из его ограниченных запасов. Единственный недостаток – нехватка пресной воды.
Шерпы добывают воду на морене примерно в десяти минутах ходьбы отсюда. Но ледниковая вода есть ледниковая вода. Через какое-то время чай на ней невозможно пить, не добавляя рома.
