С самого утра долины заполнились туманом, облака грядами поползли вверх по лесным склонам. После окончания съемок в деревне мы пошли вдоль озера к бонскому монастырю в Поксундо. Местоположение монастыря настолько уникально, насколько плачевно его состояние: крыша разваливается, кирпичная кладка рассыпается, за зданием следят лишь три ламы-бонпо.
Днем вертолет доставил всех нас в два захода в Дунаи. Эта деревня, расположенная в глубоком ущелье, кажется перевалочным пунктом между узкими долинами, которые уходят ввысь.
Летим в Покхару впятером, но через час полета дождь усиливается, а видимость падает настолько, что я, испытывая одновременно страх и восхищение, начинаю думать, что отсюда нам не выбраться. В то же мгновение пилот делает разворот, по спирали уходит вверх, в просвет в дождевой завесе и затем начинает снижаться в противоположном направлении. Пролетая над предгорьями при относительно хорошей видимости, мы приближаемся к Непалганжу, дождь по-прежнему идет. Может быть, получится достать пять билетов на вечерний рейс в Катманду.
Кажется, в Западный Непал пришел муссон. Уже неделю плотные серые гряды облаков движутся от Канченджанги на запад вдоль южного склона Гималаев.
Покупки сделал, 2 июня возвращаюсь.
Вернулся из базового лагеря в Диамирской долине, до сих пор не могу прийти в себя. Место для лагеря, где в июне погибли одиннадцать человек, выглядит абсолютно так же, как и другие такие площадки рядом. В 1978 году мои палатки стояли всего в тридцати метрах отсюда.
Я представляю, как убийцы появились внезапно среди ночи. Они кричат, приказывая альпинистам выйти из палаток, показать документы и встать на колени. Затем убивают их выстрелами в затылок. Только одному китайцу удается сбежать, он прячется за каменной глыбой размером со столешницу и потому остается в живых, также пощадили носильщика из Хунзы.
Большинство альпинистов уже поднялись в высотные лагеря к этому времени, иначе жертв было бы гораздо больше. Наверх убийцы не пошли. Кто они? Тихо и незаметно подобрались через Диамирскую долину и так же незаметно исчезли… Виновных наверняка никогда не найдут. Горы на севере Пакистана огромные и пустынные, здесь очень легко затеряться и спрятаться и трудно найти преступников.
«Гора-убийца» написано на указателе, установленном на обочине Каракорумского шоссе, у западного подножия восьмитысячника. Только вот убийство альпинистов – дело рук человека, а не горы. Нанга-Парбат просто высится тут со всеми своими потенциальными опасностями. В отличие от террористов у нее нет злых намерений, с риском сопряжено лишь восхождение, если кто-то отваживается подняться.
Люди мирно спали в базовом лагере, и вдруг за одну ночь – одиннадцать убитых! Одиннадцать свидетельств агрессии, которая в такой форме раньше никогда не проявлялась в горах.
Был этот террористический акт направлен против туризма в Пакистане или против иностранцев, или же это была месть, неизвестно. Но теперь ночи на лоне дикой природы больше не будут такими спокойными.
Какой день! Над Нанга-Парбат ни облачка, поэтому наш Ми-17 поднялся до отметки в 7000 метров. Отсюда можно было во всех подробностях рассмотреть возможные маршруты к вершине. Все достижения первопроходцев пронеслись перед глазами, будто я шел с ними. Я видел Германа Буля, поднимающегося к Серебряному седлу, как он шел по этому огромному плато, преодолевал несколько продуваемых ветром расщелин, выбирался к предвершине, спускался к гребню между Рупальской и Диамирской стороной – как там много жандармов! – выходил на плечо, которое кажется даже выше главной вершины. На вершину Буль поднялся на закате, я же увидел ее на рассвете.
Потом мы пролетали над седловиной у пика Ганало: с востока кажущийся бесконечным обрыв, а в западной части разветвленный ледник, который в 1895-м отважился штурмовать только один одержимый. И это при том, что Маммери не было известно наперед, возможно ли пройти его маршрутом из Диамирской долины в Ракиотскую.
Непройденный северный гребень восьмитысячника и длинный путь к трапециевидной вершине. Жаль, что Диамирский склон в темноте, а времени не осталось – надо возвращаться в Астор для дозаправки.
При втором заходе маршрут пролегал над ледником Ракиот, затем мы пошли вдоль Рупальской стены, выглядевшей словно единый огромный обрыв, затем пролетели над шеститысячниками в дальней части Рупальской долины, сделали круг и вернулись к гребню, на котором хорошо просматривались маршруты Шелла, Хауза и поляков.
