Сарн-Атрад. Ночь. Огни факелов вокруг. Веревки, плотно притянувшие мои руки к телу. Пут больше не было, но на открытых участках кожи остались ссадины и синяки.
Я вспомнила, что перед тем, как отключиться, услышала, как Таламур крикнул, связывавшим нас, стражам: «Они нужны мне живыми!». Позади меня происходила ожесточенная схватка гвардейцев, позабывших о своей клятве охранять нас ценой жизни, и Тиал-Арана. Он рычал и сопротивлялся. Титория визжала так пронзительно, что закладывало уши. А Тадимар, уже связанный, хранил молчание. Как и я сама.
Потом я все-таки дернулась, попытавшись обернуться, решила проверить: возможно, еще не все потеряно? Может у нас имелся крохотный шанс сбежать или иным образом спастись? И в этот момент моя пугливая лошадь мотнула крупом, и я соскользнула с седла, не имея возможности со связанными руками как-то защититься от удара головой о камни брусчатки. И с этим ударом весь мир для меня померк.
Глаза постепенно привыкли к сумраку. Я осознала, что находилась в тюремной камере, окруженная с трех сторон прочными металлическими решетками, а с четвертой — холодной и сырой каменной стеной. В одной из решеток имелась дверь, запертая на массивный навесной замок. Окон не было, поэтому определить время суток было непросто.
Напротив камер возвышалась глухая стена, а по обеим сторонам, насколько хватало взгляда, простирался узкий темный коридор с точно такими же камерами.
Я прикоснулась, затянутой в перчатку, рукой к холодным прутьям решетки. Толстые. Не согнешь и не сломаешь. Хотя, я бы и тонкие не сломала, куда уж мне.
Густую тишину на время разрезал звонкий удар чего-то металлического о камень, заставивший меня испуганно вздрогнуть. И снова все вокруг затихло.
Факелов на стенах почти не было и приходилось постоянно напрягать зрение, чтобы в полумраке рассмотреть хоть что-то. Непроглядная темнота и шорохи в углах навевала непрошеные мысли о том, что или кто мог бы там находиться, и я постаралась отогнать эти фантазии, чтобы не поддаться панике.
Увидела на полу под собой небольшой полусгнивший тюфяк. Поморщилась и слезла. Находясь без сознания, я была менее привередливой.
Тут же на камнях стояла грубая деревянная кружка, в которой обнаружилась вода. Мысленно взвесила свое желание напиться и собственную брезгливость. Первое перевесило.
Пришлось аккуратно протереть кружку подолом плаща и отпить немного, стараясь лить воду из кружки в рот так, чтобы как можно меньше к ней прикасаться. Одного глотка мне хватило, поскольку неприятный затхлый душок отбил желание пить дальше.
Голова раскалывалась. Я аккуратно ощупала место удара и констатировала, что отделалась лишь большой, хоть и болезненной, шишкой, а не раскроила себе череп.
Снова что-то звонко лязгнуло о камень. Резкий и внезапный звук заставил нервно дернуть плечами.
Окружающая атмосфера была удручающей, грязь и холод побуждали погрузиться в отчаяние. Сдаться, отдавшись на милость того, кто запер меня здесь. Смириться с незавидной участью, которую он, наверняка, приготовил. Я не питала никаких иллюзий на этот счет и понимала, что Таламур отдал приказ оставить Следующих в живых только потому, что мы для чего-то ему нужны. Пока нужны.
Подумала о Дэймосе. Наверняка, узнай мой друг о том, что со мной приключилось, он спас бы меня. Как герой рыцарских романов. Я была вынуждена постоянно осаждать саму себя от того, чтобы продолжать идеализировать образ Дэя у себя в голове. Приписывать ему качества, которыми он, возможно и не обладал. Но мысли о нем помогали не терять надежду.
Кап. Кап. Кап. Вода продолжала течь не переставая. Наверное, те, кто находились здесь слишком долго, сходили с ума от этого, ни на секунду не прекращающегося, монотонного звука. Но, постепенно я различила еще что-то. Чьи-то тихие голоса.
Присмотрелась, пытаясь найти их источник. В одной из камер кто-то разговаривал. Кажется, в отсеках по обеим сторонам от моего, было пусто. Лишь точно такие же тюфяки, какие-то, не распознаваемые в темноте кучи тряпья, да емкости.
Я различила в говоривших Тиала и Титорию и, хоть и смысла не разобрала, все же так же негромко, чтобы не тревожить остальных, позвала:
— Тиал! Тори!?
Голоса на мгновение притихли, а потом я услышала голосом Тиала:
— Тэтрилин?
Значит, я все же не обозналась. И, несмотря на окружающую безысходность, была рада услышать здесь знакомые голоса. Пусть, мы с ними не очень-то ладили раньше, но теперь были равны и нас связывала общая беда.
— Я здесь! — Отозвалась, подходя ближе к той решетке, со стороны которой услышала их. В этот момент, то, что я ранее признала за кучу тряпья в камере между мной и ними зашевелилось, и я услышала, сказанное охрипшим голосом:
— Тэт!?
— Тадимар!
Ну не темница, а просто «место встречи друзей» какое-то! Страх и отчаяние немного отступили. Если мы вчетвером оказались здесь, значит не все еще потеряно и какой-то шанс на спасение еще есть.
Тадимар поднялся и сел на таком же, как и у меня, тюфяке. Прикоснувшись руками к вискам, он издал едва различимый стон.
