Некоторые считали, что Таламур, как бастард, не достоин был занимать королевский престол. Они с теплом вспоминали правление сверженного Таура-ан-Фарота. Подумывали уехать из столицы, пока все не уляжется.
Кто-то находил недостойными кандидатурами и Следующих, поскольку в них вообще отсутствовала королевская кровь. Эти говорили, что само существование пятерых избранных — глупая прихоть бывшей королевской видящей. И из тех, кто всю жизнь просидел взаперти, не получится хороших правителей, какой бы магической силой они не обладали, поскольку для такой важной и ответственной работы нужен опыт. А где бы несмышленые Следующие успели его набраться?
Один, особо смелый, или глупый, считал наилучшим кандидатом в новые короли самого себя. Если о его грандиозных планах станет известно не только его недалекой жене, но и Таламуру, он рисковал вместо этого стать кандидатом в участники, намечающейся вскоре, казни.
Большинство были чем-то недовольны, но, естественно, желая остаться в живых, высказывали свои претензии лишь шепотом, в иллюзорной безопасности собственных спален.
Мне же, до боли в желудке, хотелось есть. Мечты о вкусном горячем ужине сумели отодвинуть в сторону даже мысли о собственном незавидном положении. Но вокруг было темно и сыро, а путь к кухне или столовой был мне неизвестен. К тому же, появляться там до того, как слуги отправятся спать, было бы слишком рискованно.
Поэтому долгое время я был вынужден продолжать бродить по лабиринтам тайных ходов, не имея ни малейшего представления, в какой вообще части королевского дворца нахожусь, пока не набрел на выход.
Яркий свет пробивался из-за изнаночной стороны еще одного гобелена, тонкой полосой, ложась на каменный пол. Прислушался к голосам, раздававшимся из-за него, и понял, что они мне знакомы.
Громкий, уверенный и резкий голос принадлежал Таламуру.
— …я больше не стану с тобой церемониться! Говори, что ты видел? — Рявкнул он угрожающе, заставив меня нервно дернуться от неожиданности.
Судя по звукам шагов, бывший посол короля раздраженно расхаживал из стороны в сторону. Ответом ему было:
— Тебе известно то же, что и мне.
Его собеседником оказался Тулемий, снова надевший на себя «маску сумасшедшего». Голос его был тонким и визгливым. Это, наряду с нежеланием выдавать нужную информацию, по-видимому, и раздражало новоявленного монарха Терра Арссе.
Я бесшумно опустился на пол, чтобы посмотреть в тонкую щелочку под гобеленом.
Внутри большой, ярко-освещенной, галереи, помимо короля и Второго Следующего, находился, судя по одеянию, королевский маг. Входную дверь, по обе стороны, охраняли два гвардейца, с оружием наперевес. Еще двое удерживали под локти Тулемия.
За окнами уже стемнело. До меня доносился шум сильного ветра и, кажется, начинающего накрапывать, мелкого дождя. Там, за стенами замка, было сыро и холодно. Наверняка тем, кто все-таки сумел сбежать и выбраться на улицы города, тоже приходилось сейчас несладко.
— Прекрати! — Взревел Таламур. — Неужели ты думаешь, что я не найду способа согнать с тебя спесь?!
— Зачем мне думать, если я все это уже видел? — Насмешливо и немного скучающе отозвался Следующий.
Король приблизился к нему, и я услышал звук удара и стон, вырвавшийся у несчастного видящего.
— И это видел? — Издевательски осведомился Таламур.
— И это, — голос его собеседника стал хриплым и задрожал. Но он не собирался сдаваться. — Не зря же я назвал тебя садистом еще при нашей первой встрече.
— О, что ты, я еще даже не начинал! — кажется, король счел это за комплимент. — Рецессиус!
После этой краткой команды, королевский маг, не нуждавшийся в долгих объяснениях, применил свой магический дар.
Я впервые увидел в действии мага земли. Раньше мне представлялось, что они могут лишь выращивать деревья и садить цветочки. Гхара, как же я ошибался.
Пальцы Рецессиуса выпустили длинные, хлесткие, бурые корни, которые через мгновение обвили тело Тулемия, подняв его в воздух, и принялись сдавливать, словно тиски. Удерживающие его до этого, гвардейцы предпочли предусмотрительно отскочить подальше.
Я задержал дыхание. Второй Следующий дал нам уйти, зная, что его ждет. Он понимал, что обрекает себя на все эти мучения. Это казалось несправедливым. Если бы я только мог сейчас ему помочь! Но без магии, вместо помощи, мог только занять место рядом с ним, сделав его жертву напрасной.
— И это ты предвидел? — Злорадно проревел Таламур.
Наблюдение за мучениями видящего доставляло ему какое-то извращенное удовольствие. Теперь я действительно жалел, что не позволил Тиал-Арану снять с меня двимеритовый ошейник. Что ожоги по сравнению с тем, что приходилось терпеть Тулемию?
— И это, — просипел он, сдавленный путами из корней, а король зловеще расхохотался.
Теперь они словно поменялись местами и безумца напоминал уже Таламур.
Он подошел ближе к, все еще оплетенному корнями, видящему.
Тот стиснул зубы, но продолжал смотреть в глаза своего противника. Кажется, он уже наблюдал все это при помощи собственного магического дара, а теперь был вынужден пережить наяву.
— Ты все равно заговоришь рано или поздно!
