И исчез где-то в доме, даже не подумав нас представить, но незнакомку это не смущало. Она внимательно оглядела меня, а потом широко улыбнулась и произнесла:
— Рада встрече, Следующая Тэтрилин из Авенира. Я — Эмирата.
И больше ей не пришлось ничего говорить. А у меня перехватило дыхание. В горле образовался ком, а глаза защипало. Из всех потрясений сегодняшнего дня, встреча с этой девушкой оказалась наиболее волнующей.
— Та самая Эмирата?! — Зачем-то переспросила я, понимая, как, наверное, глупо это звучит.
Прижала ладони к лицу, не веря в происходящее. Неужели передо мной исчезнувшая еще до моего рождения, королевская видящая, произнесшая роковое пророчество, определившее мою судьбу и всю мою жизнь?
— Вряд ли под «та самая» мы с тобой подразумеваем одно и то же, но, скорее всего, я именно та, о ком ты подумала, — ответила моя собеседница и мелодично рассмеялась, заставив и меня тоже улыбнуться. — Проходи, не стой на пороге, замерзла, наверное?
Я завороженно кивнула, передавая ей плащ и позволила усадить меня на небольшой диван у огромного, во всю стену, камина.
Мимо прошествовал Дэй в компании уже знакомого мне большого серебристого тигра и вышел на террасу. Зверь смерил меня долгим внимательным взглядом, приветственно кивнул, но ничего не сказал.
— Не обращай на него внимания, — отозвалась Эмирата, ставя на столик передо мной тарелку с какими-то закусками. — Он немного рассержен, но скоро отойдет. — Что будешь пить?
— Рассержен? А он-то из-за чего? — Не поняла я, не переставая восхищенно озираться по сторонам, разглядывая лесное убежище бывшей королевской видящей.
За окнами продолжал шуметь дождь, но в доме трещал огонь камина, шел пар от подсыхающей в тепле одежды. Я поддалась атмосфере комфорта и спокойствия, позволив себе немного расслабиться. Хотя все мышцы и, кажется, даже внутренние органы, ныли и тянули после сегодняшних, не самых приятных, приключений.
— Он потерял часть своей стаи, помогая Дэймосу спасти тебя из воды.
Эмирата ответила спокойно и безэмоционально, но даже эта сухая констатация свершившегося факта заставила меня испытать чувство вины.
— Мне жаль.
— Не жалей, — ответила она, изящно махнув рукой. — Он сам сказал, что все, что происходит — результат нашего собственного выбора. И свой выбор сделал. Но, если когда-нибудь тебе представится возможность ему помочь, ты вспомнишь об этом, и сама решишь, хочешь ли вернуть долг.
Наверное, это и имел ввиду король, когда рассказывал о том, что видящие любят говорить загадками.
— Вы видели, что у меня будет такая возможность?
— Ты, — поправила Эмирата. — И можешь называть меня «Мира». Нет, не видела. Почему-то с некоторых пор я не могу видеть то, что прямо касается Руса, только косвенно. А таким образом помочь ему становится непросто.
— Разве ему нужна помощь?
Тигр казался огромным, сильным и вполне самодостаточным.
— Нужна, — голос Миры стал серьезным и тихим. — Он ведь не всегда был в облике зверя.
Я замерла, и вся обратилась во внимание. С террасы доносился приглушенный голос Дэя. Видимо, он о чем-то разговаривал с тигром, а тот телепатически ему отвечал.
— Он был человеком когда-то, таким же, как ты или я. Даже наследником правящего рода одного из соседних государств.
— А что с ним… произошло? Что заставило его стать… таким, какой он сейчас?
Так и не получив от меня ответа на вопрос о том, что я буду пить, Мира подала мне фарфоровую кружку, с полупрозрачной жидкостью, над которой клубился белый пар. Я поднесла ее к лицу, уловив легкий аромат травяного чая. Горячий фарфор согревал озябшие пальцы.
— Выпей, тебе станет легче, — кивнула моя собеседница на содержимое кружки.
Я не увидела причин не доверять Мире и сделала осторожный глоток. На вкус жидкость напоминала мятный чай. И, сделав несколько глотков, я поняла, что боль действительно стала понемногу утихать.
— Спасибо. И все же, почему Рус больше не человек?
Эмирата скривилась и глянула в сторону террасы. Там, за стеклами высоких окон, было заметно какое-то движение, отблески огня, блуждающие тени, но разобрать что-то, находясь в ярко освещенной комнате, было невозможно.
— Он пошел наперекор воле отца и старшего брата и был наказан, слишком сурово, на мой взгляд.
— Пожалуй, — осторожно ответила я, не решаясь судить о ситуации, ничего о ней толком не зная.
Эмирата вздохнула и какое-то время, невидящим взором, продолжала смотреть в сторону террасы, погрузившись в воспоминания прошлом. Я не решалась ее отвлекать и молча прихлебывала чай, но потом все же спросила:
— Из-за этого ты покинула Сарн-Атрад и столько лет провела в одиночестве, в Гваэлоне?
— В том числе, — уклончиво ответила она. — А вообще я не очень-то люблю все эти дворцовые интриги и скандалы. Тебе самой понравилось во дворце?
Теперь настала моя очередь печально вздохнуть и поведать ей о своих недавних злоключениях, начинающихся с отъезда из Авенира и заканчивающихся прыжком из окна северной башни королевского дворца.
— По крайней мере, ты сумела сбежать, — подбодрила меня Мира, и я усмехнулась.
— Надеюсь, остальным побег дался проще.
