Я напоила Валаара, не решившись пить из озера сама, после чего мы дошли до небольшого пролеска. Опавшие листья под ногами оказались сырыми и мне пришлось наломать веток, чтобы устроить себе какое-никакое место для ночлега.
Жаль, что я не взяла с собой никакой посуды, чтобы вскипятить воду. Пришлось довольствоваться на ужин куском вяленого мяса и парой сырых морковок, после чего, заснуть на колющихся ветках, под аккомпанемент, урчащего от голода, желудка.
Видимо из-за неудобной лежанки, сны мне снились странные и спутанные. То бал, где в большом красивом зале нарядно одетые люди танцевали и пили вино, то жестокая кровавая битва с воинами в алой военной форме, то жуткий заброшенный город, усыпанный разбитыми стеклами.
Эти и другие картинки мелькали в моих сновидениях всю ночь, а проснулась я на рассвете от холода и того, что серые лучи поднимающегося солнца мешали спать.
Руки и ноги окоченели. Я потерла ладони, чтобы согреться, подышала на них. Разулась и растерла ноги, которые тонкое платье совсем не согревало, отчего кожа на них покраснела.
Спустилась к озеру, чтобы умыться. Над спокойной водой стелился туман, в сухих камышах шуршала какая-то птица, которую я нечаянно спугнула, шмыгнув замерзшим носом.
Набрав воду руками, сложила их лодочкой и согрела прямо в ладонях, а от моих рук повалил белый пар. Стало теплее, но ненамного.
Валаар, выглядел довольным, как будто успел перекусить чем-то, пока я спала, а вот мне ужасно хотелось есть. Доела остатки мяса и сгрызла яблоко, почти не утолив голод.
И как Блэйд или Виктор могли не появляться дома месяцами? Спать где придется и есть что под руку попадется?
Видимо, я просто не была создана для кочевой жизни. Холод, голод и неудобная постель подталкивали меня к тому, чтобы вернуться в королевский замок. Напоминали о том, что я беспомощная и уязвимая со всех сторон, девчонка, хоть и принцесса.
И я понимала, что мне нужно будет возвратиться, но хотелось оттянуть момент возвращения на более длительный срок. Вдруг я вернусь, и все проблемы будут, к тому времени, уже решены? Может Блэйд уже во дворце, разобрался с Виктором и заставил отпустить Ари Бэттлера?
Вряд ли.
Словно в подтверждение этой мысли, я чихнула. Потом еще раз и еще. Глаза заслезились.
Вытерла слезы. Подозвав, пасшегося рядом, Валаара, вскочила в седло, решив все же повременить с возвращением домой и направилась в сторону друаданского леса.
Дорога была пустой. Урожая на полях давно не было, а для охоты, которая все еще являлась основным источником дохода Терра Вива, не сезон. Звери прячутся в самой глубине леса, и я была недостаточно опытным охотником, чтобы гоняться за ними там.
Темно-серые тучи висели низко и давили так же, как ворох свалившихся на меня проблем. А солнца не было видно так же, как и способов их решения.
Не слишком торопясь, в полдень мы добрались до друаданской опушки. Лес выглядел неприветливо. Пахло прелой листвой и вороны, удивленно и молчаливо глядели на меня с голых веток. Летом здесь пели птицы, но сейчас было удивительно тихо, и от этого жутковато.
Я попыталась найти место, в котором мы с Блэйдом когда-то останавливались на лесную ночевку, но, кажется, без него это было не так-то просто. В отличие от меня, брат всегда легко ориентировался в лесных тропинках, а я чуть было не заблудилась и решила лишний раз не рисковать.
Пришлось самостоятельно обустроить себе место для ночлега, недалеко от опушки и бегущего среди камней родника, чем я и занималась оставшееся до вечера время. Удалось достать немного елового лапника и уложить в качестве лежанки и установить над ней ветки, наподобие шалаша.
Рядом рос куст с какими-то подмерзшими красными ягодами и, поскольку при мне их клевала какая-то птица, я решила, что они не ядовиты и съела несколько. Они оказались сладкими на вкус, но чувства насыщения не принесли. Будь у меня какая-нибудь емкость, я могла бы сварить из них морс, но без нее приходилось довольствоваться малым.
После долгих поисков, нашла в одной из седельных сумок сыроватое, но еще годное, огниво и кремень. Трута не было, но я раскрошила мягкие семена камыша и долго высекала искры, пытаясь их поджечь.
Когда в результате неимоверных трудов я все же заставила камыш тлеть, выяснилось, что раздуть огонь практически невозможно, поскольку вместо того, чтобы разгораться, семена разлетались в разные стороны.
Но камыш не знал, с кем связался. Я дула так долго и так усердно, что под конец закашлялась, но небольшое пламя все-таки разожгла. И, к моему счастью, вскоре оно перекинулось на, приготовленные мной заранее, сухие ветки и я, наконец, смогла немного согреться.
Эта небольшая победа немного воодушевила меня и заставила поверить в собственные силы. Эх, мне бы еще котелок, чтобы вскипятить воду, и я смогла бы продержаться довольно долго. Но котелка не было.
