– Что с тобой? Ты такая бледная! Призрака увидела?
Стелла собиралась возразить, уверить Нэнси, что никаких призраков она не видела, просто там, в шатре, ужасно душно, а неряшливая старуха много на себя берет. Однако некая фигура, замеченная боковым зрением, заставила Стеллу повернуться в сторону лужайки. Там, возле платформы, в окружении толпы стоял мужчина. Стелла помертвела.
– Господи всемогущий…
Нэнси тоже обернулась, проследила взгляд подруги.
– Чтоб мне провалиться! Это не призрак. Это Чарлза нелегкая принесла.
Чарлз изменился: постарел, похудел, усох. Белокожий от природы, он по определению не мог толком загореть и после воздействия африканского солнца выглядел освежеванным. Вокруг глаз появились дополнительные морщинки – вероятно, виной тому была постоянная необходимость щуриться.
– Следовало телеграмму послать, но отпуск дали совершенно неожиданно. Я просто не успел. Я тебя напугал, дорогая?
– Да… то есть нет… То есть я очень рада.
Собственный голос доносился будто издалека. Стелла пила чай, принесенный Адой, и в окно смотрела на лужайку, где уже выстраивались участники конкурса маскарадных костюмов. Нэнси как ветром сдуло: наверное, скрылась в шатре мадам Анушки. Зря только деньги потратит, с неожиданной яростью подумала Стелла. Мерзавка мадам Анушка! Лгунья! Шарлатанка! Увидела, как Чарлз из такси вылезает, пока смолила в своей каморке, и давай петь про любовь и страсть, которая нынче же получит удовлетворение. Будь у этой так называемой гадалки эзотерических способностей хотя бы на грош…
– Я приготовил еще один сюрприз. Надеюсь, он тебя не шокирует так, как первый. Ну, дорогая, угадай, кого я встретил, притом совершенно случайно, на вокзале? Конечно же, Питера! Вообрази, ему тоже дали отпуск на несколько дней, он не представлял, чем заняться, вот я и пригласил Питера к нам. Он уже дома – у нас дома. Умывается с дороги. Надеюсь, ты рада?
– Питер? Питер Андервуд? Да, конечно, я очень рада.
Что интересно: Стелла почти не удивилась. И действительно обрадовалась. Теперь по крайней мере она не останется наедине с Чарлзом.
– Какая добрая у меня женушка, – сказал Чарлз, ставя чашку на блюдце и озираясь по сторонам. – Ах, как приятно снова оказаться дома. Милая, тихая старушка Англия! «Край левкоев и дубрав»[19], а также викторин, лотерей и пирогов!
На тарелке перед Чарлзом лежал кусок имбирного пирога. Чарлз откусил всего один раз, остальное раскрошил ложкой в пыль.
Стелле хотелось возразить: мол, с каждой неделей пресловутое нормирование продуктов все плотнее сжимает свои челюсти, и качество пирога – не ее вина, однако Стелла напомнила себе, откуда прибыл Чарлз, и придержала язык. Явилась Марджори Уолш забрать посуду.
– Святой отец, что за радость видеть вас в добром здравии! Скажу Джеральду, что вы вернулись. Похоже, фронтовые лишения вам нипочем!
– Справляюсь с Божьей помощью, милая Марджори. До чего же приятно попасть домой и убедиться, что вашими стараниями здесь все в полном порядке, все по-прежнему. Похоже, праздник удался. Правда, я весьма разочарован – я надеялся полакомиться вашими знаменитыми сконами. Собственно, только ради них я и проделал такой путь!
– Вы очень любезны, святой отец. Господь свидетель, я хотела напечь сконов. Однако нашлись персоны, которые все решили без меня. Вы ведь доедать не будете? Тогда я
Метнув на Стеллу победный взгляд, Марджори взяла тарелку с имбирными крошками и гордо удалилась в кухню. В дверном проеме возникла Ада.
– Извините, голубочки, что мешаю вам в минуту счастливого воссоединения. Миссис Тэ, вас ждет жюри конкурса на лучший костюм.
На подиуме уже выстроились эльфы в юбках разной степени сходства с цветочными чашечками, литературные персонажи и целая Лига Наций, представленная голландскими молочницами, испанскими танцовщицами и китайскими аристократками. Хмурый мини-фюрер застыл, вытянув ручонку в характерном приветствии.
– Святые Небеса! – не сдержался Чарлз.
– Приходится отступать от стандартов, – посетовала Ада. – В дело идет каждый лишний клочок материи, на маскарадные костюмы остается… то, что остается. По-моему, очень неплоха вон та китаяночка, в домашнем халате и с вязальными спицами в волосах…
– Нет, лучше всех Гитлер, – возразила Стелла. – Казалось бы, одежда самая простая, повседневная, зато сколько в этом мальчугане артистизма!
– Не артистизма, а дурновкусицы, – оборвал Чарлз. – Ада права. Первый приз нужно присудить китаяночке.
Чарлз стал аплодировать и звучно объявил:
– Всем участникам большое спасибо. Вы славно потрудились, вы прекрасны, но в этом году победила китаянка!
Послышались жидкие хлопки. Китаянка конфузливо улыбнулась. Мини-фюрер опустил руку, и маниакальная жажда власти на его физиономии уступила место глубочайшей детской обиде. Стеллу затрясло от негодования. В этот миг из гадалкиного шатра вышла Нэнси.
– Что же вы, миссис Т.? Вручайте приз победительнице! – распорядилась Ада. В руках у нее уже была наготове банка персиков.
Стелла покачала головой, сделала шаг назад.
– Нет уж. Чарлз приз присудил – ему и вручать.
