— Вот именно, — поддержал барабанщика Дарси. — Не скрывай, дружище. Кто на тебя так подействовал?
— Тори, — парень постарался невозмутимо произнести её имя, но как только он подумал о ней, уголки его губ невольно поднялись. — После с встречи с ней музыка сама родилась в моей голове, а потом мне удалось её воспроизвести.
— Так, значит теперь Тори? — спросил Дарси, находясь под впечатлением от рассказа друга. — Сильно, дружище, сильно. Вы хотя бы номерами обменялись? А-то у вас вроде недоотношения…
— Джон чего только не придумает, — недовольно пробурчал Рейн и похлопал по карманам брюк. — А насчёт номеров ты прав. Я до сих пор не могу отыскать свой личный телефон. Пропал пару дней назад после интервью.
— Найдётся, — отмахнулся Джастин, вставая с дивана. — Нам, кстати говоря, уже пора ехать на встречу с мистером Ричардсоном для обсуждения рекламного проекта. Джон будет недоволен, если мы задержимся
— Джон может быть недоволен только в том случае, если задержутся деньги с его проектов, — усмехнулся Дарси. — Но вообще, ты прав. Встреча действительно важная. Мистер Ричардсон будет продвигать наш альбом. И если ты, друг, — он обратился к Рейну, — успеешь закончить эту гениальную песню, то наш альбом действительно взорвёт музыкальную площадку.
— Тогда я останусь ещё, чтобы поработать, — отвечал безучастно Рейн. На самом деле, конечно, он просто был не в настроении, чтобы куда-то ехать. И друзья оставили его наконец наедине с музыкой, олицетворяющей его душу.
***
— Тори! Кто приходил? — интересовались девушки, пытающиеся докричаться до Виктории прямиком из кухни.
Девушка в растерянности вернулась к подругам и без лишних разговоров села обратно за стол, всё также равнодушно глядя на аппетитный, но уже остывающий завтрак.
— Надеюсь, это не подчинённый моего отца приходил? — испуганно спохватилась Эмма. — Мне сейчас нежелательно его видеть. Особенно, когда я собираюсь на встречу с Дарси. Он сказал, что хочет встретиться со мной сегодня.
— Ты едешь к ним в квартиру? — опустив глаза, как бы невзначай поинтересовалась Катрина, прислонив чашку с кофе к губам.
— Нет, в концертный зал.
— И что…они будут там втроём?
— Ну, разумеется, втроём, Катрина! А в чём дело?
Катрина, чтобы ничего не отвечать, принялась за распитие кофе. А Эмма продолжала делиться своими переживаниями, и даже бисквитное шоколадное пироженое не спасало её от волнения.
— Только бы отец не заявился сюда!
— Боже мой, Эмма! — закатила глаза Катрина, абсолютно не понимая, по какой причине её подруга так тревожится. — Ну, узнает твой отец, что ты гуляешь с парнем. Что с того?
Эмма слегка поразилась тому, что собеседница совсем не пытается разделить её чувства и мысли. Всё же они с Катриной совершенно разные.
— Что с того? — переспросила девушка разгорячённо. — Катрина, ты не представляешь, что будет, когда отец захочет познакомиться с моим ухажором. А папа точно захочет это сделать, я не сомневаюсь. И тогда Дарси узнает, что я его дочь!
— Ну и отлично! — убеждённо произнесла Катрина, допивая кофе. — И больше никаких тайн!
— Не могу, — изнуренно протянула девушка в ответ. — Мы так недолго знакомы, он ещё не привык ко мне. Ему будет легко отказаться от общения со мной, если узнает, что я дочь богатого человека.
— Он точно прекратит с тобой общение, когда поймёт, что ты с первых же дней ему лжёшь, — твердила своё Катрина, не унимаясь. — Расскажи ему уже правду, пока твой отец ничего не расскрыл.
— Я лучше продолжу экономить и носить эту безвкусицу, чем позволю разбить себе сердце!
— Эмма, ты уже позволяешь! — Катрина резко и громко поставила пустую чашку на стол. — Тори, а ты что молчишь?
— Вот именно! — Эмма вслед за Катриной обернулась к молчащей и глазеющей куда-то перед собой подруге. — Скажи, Тори, кто из нас…
— Рейн признался мне в чувствах.
Эмме не дали договорить и она запнулась, а Катрина подавилась кофе, которое только-только допила. Девушке пришлось постучать себя по груди, чтобы кашель исчез, и она со временем пришла в норму. Эмма шокированно смотрела на невозмутимую подругу. На лице Виктории ровным счётом ничего не изображалось. Она была похожа на фарфоровую куклу, такую же бледную и слегка пугающую, с пустыми глазами и хрупким сердцем.
— Что, прости? — мягче переспросила Эмма. Она была уверенна, что ей скорее всего послышалось всё это.
— Рейн приходил и сказал, что назвал Бетти моим именем. Признался, что чувствует что-то ко мне.
Равнодушный томный голос продолжал звучать из уст девушки. Виктория всё также сидела за кухонным столом, прижав колени руками к груди и смотря в одну точку где-то снизу. Всё, что она говорила, было чрезмерно просто и невозмутимо, будто каждый день в неё влюбляются знаменитые парни.
— Не может быть! — радостно завизжала Эмма и закружилась мечтательно по кухне. — Как хорошо, что кто-то пришёл на замену этому гадкому Остину! Всё прямо, как в сказке!
Катрина отрезвляюще посмотрела на прыгающую от счастья подругу, и та мгновенно спустилась с небес на землю.
