Мне тут от безделья пришла в голову идея: а что, если дать ПвК под псевдонимом? Детгизу это довольно-таки все равно, а мы могли бы потратить на доводку и шлифовку гораздо меньше времени и энергии. Вот подумай-ка об этом и посоветуйся с Ниной. На самом деле: возиться с ПвК по-серьезному никакой охоты у меня нет (а у тебя, полагаю, и того меньше), работа эта в общем неблагодарная, ибо ни особых денег, ни тем более славы эта сказка нам не принесет, а о чем серьезно подумать — у нас таки есть. Ноябрь на носу, а идей — ноль. Я тут прочитал — так уж совпало — сразу две книжки о фантастике (Н. Черной из Киева, и А. Урбана из Ленинграда, обе привезу) — там о нас много написано, много и хорошо, я как-то особенно почувствовал нашу ответственность и пр., а тут — ПвК. Смешно даже.
А больше новостей никаких нет. Брандис, вроде, закончил и отослал рецензию. Деньги в Авроре дали (очередные 200 с лишним), тебе обещали выслать еще в прошлую пятницу… хотя нет, в эту пятницу, 13-го. Кинорежиссер, намеревавшийся заняться ПнО, исчез, как это обычно бывает с кинорежиссерами. (А я из-за него, подлеца, раньше времени уехал из Польши.) Вот, пожалуй, и все новости.
Привезу тебе, окромя барахла, 35 экзов «Авроры» (гады, изуродовали третью главу, без спроса, без звонка, сами, засранцы, не сумели отстоять перед начальством), две книжки про ф-ку и ГО, как ты просил.
Вот пока и все. Крепко жму ногу, твой [подпись]
P. S. Леночке привет и извинения за опоздание и общую неопределенность.
<…>
Сравнительно мало изучена также специфика изображения будущего и современности в научной фантастике, их сложная динамика и взаимопереходы.
<…>
Симпатии же читателей полностью принадлежат таким «консерваторам от фантастики», как И. Ефремов и Стругацкие, которые и в отдаленном будущем оставляют за человеком право на его внешний облик и на организм, полученный им от природы, тем более что будущее сулит нам большие перспективы в области совершенствования психики и управления собственным организмом, более полного использования возможностей мозга, продления срока человеческой жизни и т. п.
Человек живой и реальный, с неповторимым, индивидуальным обликом и душевным миром, со своими собственными, иногда забавными, иногда трогательными привычками и странностями, человек, который любит жизнь и умеет ценить ее и в радости, и в печали, ищет и ошибается, но имеет в себе силы признать и исправить ошибку, для которого чувство товарищества, доверие друга — самая высокая святыня и, наконец, человек, честно и неуклонно, но просто, без позы и рисовки исполняющий свой долг перед людьми — «далекими и близкими», — вот герой, с каким мы встречаемся в мире будущего, созданном Стругацкими на страницах их книг («Путь на Амальтею», 1960; «Стажеры», 1962; «Возвращение», 1963 и др.).
<…>
