Наконец — слава и благодарение Господу Богу! Я совершил мое путешествие благополучно. С 8 часов, или по-московски с 8½ часов, 29 августа я нахожусь в Питере, где впрочем, никто меня не встретил, потому что письмо Ваше получено не 28-го, а 29-го в 12 часов.
В тот же день я был с визитами у всех Синодалов и у г. Обер-прокурора, вчера 30-го я был на празднике и видел Царскую фамилию и даже целовался с Наследником и Именинником[42]. Сегодня сижу дома в ожидании посетителей и обеда, но то и другое под большим сомнением, потому что вот уже 1-й час — первых нет, а последний, не знаю, где найдет Гаврило. Хозяйством еще не завелся, да и некем, а заводиться надобно от мутовки до десертных тарелок. Прислуги еще не нашел.
И вижу необходимость иметь кроме того и другого келейника и потому пришлите мне Вашего Звездоносцева.
Но прежде условьтесь с ним, что он возьмет с меня за то, чтобы сидеть в моих кельях, докладывать о приходящих и иногда выехать со мною и сходить купить что-либо по домашности и проч. Ответ его — что будет угодно положить мне — не принимать, а требовать ясного и решительного. Иначе и не надо его.
И если он согласится ехать ко мне, то отправьте его при первом случае на 4 рублевом месте — и велите ему привезти колокольчик столовый, который подарил мне наместник Лаврский[43] и который находится у Ложечниковых, а если готовы подрясники, то пусть привезет и их, и скоро будет нужна и шуба.
Я теперь никому не пишу в Москву — кого увидите из знакомых моих, скажите поклон.
Я, слава Богу, пока здоров. Господь с Вами.
Ваш вседоброжелательный слуга
И. А. Камчатский.
1857 г. СПБ.
Возлюбленный мой о Господе, Отец Протоиерей Димитрий!
Отвечаю Вам на письма Ваши. Звездоносцев прибыл благополучно и все посланное с ним доставил сохранно.
О. Софрония[44] поблагодарите за его согласие послужить здесь при мне. Митрополит здешний дает мне из Лавры каких-то двух. Следовательно, отказаться от них и выписать из Москвы нехорошо.
О составлении предисловия еще рано думать. Оно должно быть составлено по окончании, по крайней мере, всех Евангелистов.
Рукописи к Вам скоро отправлены будут. Св. Синод разрешил печатать их, а также разрешил печатать и Грамматику Вашу: но на какой счет? Этого я еще не знаю. Протокол к подписанию еще не представлен.
О прибавке прогонов Вам я говорил, и обещались сделать. Странника Вотяка[45] я принять готов. Но еще не последовало разрешения Св. Синода набирать мне желающих служить в наших краях, если же он понадобится мне для переписок, то я напишу Вам.
Посылаю Вам письма, полученные мною из Якутска.
О замечаниях нашего скептика, при сем прилагаемых, спросите, если нужно, Владыку, особенно о
Потрудитесь сходить к Чаадаевым и поблагодарить их за письмо и за их христианскую любовь ко мне и объявите мое благословение и поклон и сказать, что я приехал в Питер благополучно, и живу, слава Богу, хорошо, и в здоровье не чувствуется перемены. При сем посылаю Вам два креста[46] — и один получите себе и о получении донесите мне рапортом. Другой отнесите Владыке, потому что я получил следующий мне крест.
Ложечниковым скажите мой искренний поклон и благодарность.
При свидании с Владыкою попросите его благословения, и если он спросит о здоровье моем, то скажите что сказано выше, а глаза мои так же плохо видят, как и прежде — но не хуже.
Андрею Николаевичу скажите поклон, и что я его очень жду — хочу передать ему до 2500 руб. для рассылки по греческим монастырям на помин душ Музовских.
Затем, призывая благословение Божие на Вас и на делания Ваши, с нетерпением жду часа, когда я могу назвать Вас О. Д… и братом.
Преданный Вам И. А. К.
Сентября 13 дн. 1857 г. СПБ.
Возлюбленный мой о Господе, Отец Протоиерей!
Со дня на день жду от Вас известий. А более всего — ряс и подрясников, оставленных в Москве для перекраски. Узнайте и немедленно сообщите мне: а) когда будут готовы и пришлются означенные вещи? б) какого цвета будут рясы? Последнее я спрашиваю потому, что здесь Архиереи в черных рясах не ходят, и мне уже несколько раз говорили, что неприлично и даже противно установлению ходить в черной рясе. в) Если перекрашиваемые рясы мои будут черного цвета, то их почти нет надобности и присылать сюда, потому что я редко буду носить их. А, следовательно, мне надобно будет шить новую бархатную рясу и не иначе, как фиолетовую — для парадных случаев — и потому узнайте — что будет стоить таковая ряса на шелковом подкладье, и дайте мне знать как можно скорее.
А подрясники, какого бы они цвета ни вышли, прислать ко мне непременно.
Если же которая-либо из крашеных моих ряс будет светлее черного цвета, то прислать ко мне вместе с подрясниками.
