Несмотря на тепло, зима страшное время — постоянные шторма и туманы затрудняют судоходство. Внезапно налетающие шквалы гробят суда о скалы. Погода непредсказуема. Иногда приходится долго дрейфовать в океане, чтоб поймать разрыв, короткий момент хорошей погоды. Отдельные транспорты и караваны проскакивали в окошки между штормами. На островные базы текли подкрепления, оружие, техника, снаряжение. В жестких условиях, под пронизывающим порывистым ветром, в паузах между буранами строились аэродромы, устанавливались береговые батареи, в скалах и расщелинах саперы укрывали топливные хранилища, склады, арсеналы.
Два легких авианосца сновали челноками между Николаевском-на-Амуре и Алеутами. С палуб и из ангаров на причалы сгружали боевые самолеты. Затем машины по заледенелым дорогам тащили на аэродромы. Тихо и незаметно для американцев на Атке развернулась база гидроавиации, а затем еще одна прямо на Уналашке.
В апреле с весенним солнышком все пришло в движение. У Кадьяка из-за тумана войны выплыла русская эскадра. Пока палубные самолеты бомбили причалы и аэродромы, к острову приближался «Бархэм». Заслуженный линкор стеснял своих молодых собратьев в сражении, скорость не та, но его орудия очень хороши для подавления береговой обороны. Могучего старика поддерживали два крейсера, эсминцы. Пользуясь короткими штилями, герои контр-адмирала Рыбалтовского протащили вдоль островов дюжину артиллерийских катеров. Кораблики маленькие, с отвратной мореходностью, но зато шустрые, с малой осадкой и достаточно серьезными пушками на палубе.
После первого удара и докладов наблюдателей в рубке «Трех святителей» перераспределили приоритет целей. Олд-Харбор повторно атаковали самолеты с «Варяга», на перехват двух обнаруженных у причалов кораблей отправился полудивизион эсминцев.
Основной удар обрушился на порт и аэродром Кадьяк, прилегающие базы и позиции береговой обороны. Работали сразу три авианосца: огромный эскадренный «Три святителя» и перестроенные из коммерческих судов легкие «Молога» и «Тюмень». Последние не отличались скоростью и вместительностью ангаров. Вообще не несли брони. Но зато могли бросить на чашу весов по три десятка истребителей и штурмовиков. В сражении на краю Ойкумены это уже много.
Эскадрильи приходили одна за другой. Заработала кровавая карусель. Сбросив на цели свой смертоносный груз, самолеты шли на авианосцы, а им на смену уже подходила очередная группа. Истребители так патрулировали небо над островом и прилегающие зоны пока позволяли баки. Авианосцы держались в пятидесяти милях от острова. Вице-адмирал Гейден сократил дистанцию до минимума, все чтоб подтянуть авиацию как можно ближе к зоне высадки.
Вскоре к бомбежкам добавился обстрел. Стальной гигант «Бархэм» вошел в залив. Его башенные орудия били по целям практически прямой наводкой. Стального сокрушителя оберегали верткие шустрые эсминцы. За военными кораблями маячили серые туши транспортов. Артиллерийский налет продлился полчаса, а затем к берегу ринулись штурмовые корабли с носовыми аппарелями и десантные баржи.
Крейсер «Адмирал Нахимов» поддерживал десант на остров Спрус. Торчащий из океана кусок скалы не представлял собой серьезную крепость. Большую часть американских сил на острове составляли военные строители, сооружавшие аэродром. Так что высадка роты морской пехоты прошла без проблем.
Контр-адмирал Рыбалтовский наблюдал за высадкой с мостика «Бархэма». Прошлой осенью он сдружился с командиром морской пехоты. Но теперь Эдуард Янович высаживался на берег со второй волной своих молодцев. Генерал-майор Рютель на собственной шкуре проверял правильность своих выкладок и расчетов при подготовке расписания высадки. В отличие от десантов на Карибских островах, Тихоокеанцы раздробили свои силы, но зато атаковали одновременно все значимые пункты на побережье Кадьяка и прилегающих островов.
Риск, конечно. Большой риск, если вдруг что-то пойдет не так. Но зато высадка сразу на несколько плацдармов позволяла с первых минут навязать противнику свой жесткий темп, парализовать его резервы, подавить волю.
— Радио с берега!
— Давай, что там?
Лейтенант штаба высадки протянул серый бланк расшифровки.
— Рютель на берегу.
— Молодцом! Приказ на «Смышленый»: «Встать в проливе между Вуди и Кадьяком. Поддержать огнем десант».
— Пожалуй стоит отрядить на берег наших корректировщиков. Как думаете, Николай Юльевич? — командир линкора машинально провел ладонью по затылку.
— Корректировщиков высаживают эсминцы. Каналы связи коды передали?
— Передали, но все же лучше своего человека.
В словах моложавого капитана первого ранга есть резон. Рельеф острова весьма гористый, а всесокрушающие своей мощью морские орудия бьют по настильной траектории. Попасть куда-то из башенных монстров в таких условиях та еще задача. Шума много, скалы трясутся и раскалываются, земля гудит, а реальных попаданий маловато выходит.
