– Давай сюда, пока я не передумала, и перестань ныть.
О том, как печатала Тина, знал весь офис. Ее пальцы буквально летали по клавишам, а звоночек то и дело дребезжал, возвещая об окончании очередной строки. Она даже могла одновременно вести беседу.
– Я в субботу была у Рика, – сказала она, посмотрев на Линду, не отрывая рук от клавиш.
Линда перестала возиться с лентой и подняла голову.
– Могу я сказать кое-что?
– Разве тебя остановишь?
– Надеюсь, ты не думаешь вернуться?
– Нет, конечно. Молли заходила в магазин и попросила проведать его, вот и все. Сказала, он в ужасном состоянии, но когда я пришла, дом сиял чистотой, и он даже приготовил ужин.
– То есть он знал, что ты придешь?
– Да, Молли сказала ему, – неохотно призналась Тина, – но все равно, он выглядел потрясающе и перестал пить.
– Интересно, сколько он продержится на этот раз.
– Перестань, Линда. Он действительно старается.
– Знаю. Просто будь осторожней.
– Я хотела зайти вчера, но замоталась – то одно, то другое. Так что думаю заглянуть к нему сегодня – мне все равно нужно забрать кое-какие вещи. Он не знает, что я приду, так что будет ясно, было ли это разовое шоу, или он действительно изменился.
– Тогда будь готова к разочарованиям, Тина.
Машинка снова звякнула, и Тина решительным взмахом руки отправила каретку обратно.
Подходя к бывшему дому, Тина достала из сумочки зеркальце, слегка припудрила нос и вспушила волосы.
Дверь открыл Рик, просунув голову в узкую щель.
– Привет, Рик. Прости, что я заявляюсь вот так без предупреждения, но я в субботу забыла забрать кое-что из одежды. Я думала сейчас захватить, если ты не против.
– Тина! Конечно, без проблем, заходи.
Он украдкой глянул через плечо и открыл дверь пошире.
– Я на самом деле не один. Просто знакомая.
– О, прости. Если я не вовремя, я зайду в другой раз.
Она развернулась, собираясь уйти, пока он не заметил ее вспыхнувший румянец.
– Не дури, ты же уже пришла. Это по-прежнему твой дом, Тина.
– Что ж…
Из гостиной раздался пронзительный голос:
– Кто там, Рик?
– Э-эм, это Тина. Зашла забрать кое-какие вещи.
Он обернулся к Тине.
– Это Джули, – сказал он и, чуть помедлив, продолжил: – Как я сказал, просто знакомая.
Тина отмахнулась от него:
– Ты не обязан ничего мне объяснять.
– Знаю, просто не хочу, чтобы ты думала, что я сразу прыгнул в кровать к первой попавшейся девушке.
Эта мысль потрясла Тину. Она не могла представить Рика с другой женщиной, и от неожиданного приступа ревности ее шея и лицо покраснели еще сильней.
– Я пойду наверх и просто заберу вещи.
Второпях она споткнулась о ступеньку и уронила сумку. Все содержимое высыпалось на пол.
Рик нагнулся:
– Давай я помогу тебе.
– Нет, я сама справлюсь, ты иди к Джуди.
– Джули, – поправил он с легкой улыбкой.
Его что – веселила ее неловкость? Или паранойя окончательно взяла над ней верх?
…Войдя в спальню, Тина увидела, что кровать аккуратно застелена и все лежит на своих местах. Ни трусов на полу, ни забитых пепельниц, ни чашек с недопитым чаем… Она подошла к кровати, отвернула пуховое одеяло и взяла в руки подушку, на которой спала когда-то. Прижав ее к лицу, Тина втянула носом воздух, точно дикий зверь, пытающийся учуять след врага. Знакомый, уютно-родной запах ударил в ноздри, и на глаза навернулись слезы. Она вынула из рукава платок и промокнула ресницы, с которых грозилась вот-вот потечь тушь. Сделав пару глубоких вдохов, Тина взяла себя в руки, схватила пару кофт из шкафа и поспешила вниз по лестнице. Из гостиной доносились голоса, и она осторожно просунула голову в дверь. На диване сидели Рик и Джули. Его рука как бы невзначай покоилась у нее на плечах, а она положила свою пышную светловолосую голову ему на грудь. Тина едва дышала.
– Я пошла, Рик.
Он вскочил на ноги, оттолкнув Джули.
– Я провожу тебя.
Он довел ее до выхода.
– Все взяла, что тебе нужно?
«Все, что мне нужно, здесь». Тина тут же одернула себя. Рик был драчливым пьяницей, который унижал ее, обворовывал, насиловал и бил. Она не могла позволить себе дать слабину.
Он нагнулся и поцеловал ее в щеку.
– Ну, тогда до встречи.
Она развернулась и пошла прочь без единого слова, опасаясь, что скажет совсем не то.
…Первым тревожным звоночком стал металлический привкус во рту. Потом ей разонравился кофе, а по утрам начало тошнить. Наконец, когда не пришли месячные, ее худшие опасения подтвердились. Ей всегда хотелось ребенка, и эта новость страшно обрадовала бы ее, но она вспоминала, в какой ненависти и жестокости был зачат этот ребенок, и ей хотелось плакать. Теперь она представляла, что чувствовала Крисси, узнав, что беременна, и искренне сочувствовала ей. Хотя Билли и Крисси явно любили друг друга, их ребенок тоже не был запланирован. Тина подумала, как бы эту новость воспринял Рик – так же, как Билли? Мысль повергла ее в панику, что было странно, потому что она знала, что скорее воспитает ребенка одна, чем вернется к Рику. Так какое ей было дело до реакции Рика?
