Он нагнулся к ней и нежно поцеловал в губы.
– Как спалось? – спросил он, пробираясь руками к ее шее под длинными густыми волосами.
Он снова поцеловал ее, на этот раз глубже, и Тина нерешительно поцеловала его в ответ. Всю ночь они просто пролежали в объятиях друг друга, и Рика это вполне устраивало, но теперь, похоже, ему хотелось большего. Как только она начала расслабляться и впервые за долгие годы получать удовольствие от нежных прикосновений мужа, он отстранился и взял чайник.
– Чаю хочешь?
– Э-э-э, с удовольствием.
Она плотно завернулась в рубашку и, скрестив руки на груди, села за стол.
Рик улыбнулся.
– Тина, не дуйся. Нам обоим нужно на работу. Скажи мне, тебе нужна помощь перевезти вещи обратно? Я взял вечером дополнительную смену, так что закончу только в шесть, но после этого я весь твой.
Тина пыталась как-то увязать этого нового Рика, который добровольно брал дополнительные смены, с тем лентяем, постоянно увиливавшим от работы, которого она знала раньше.
– Спасибо, я справлюсь. У меня всего один маленький чемодан.
На самом деле, она не хотела, чтобы Рик видел, в какой лачуге она жила.
На работе Тина поделилась новостью с Линдой. Как она и предполагала, ее решение вернуться к мужу не нашло у подруги поддержки.
– Что-что ты сделала?
Тина продолжала печатать, не решаясь посмотреть подруге в лицо.
– Он изменился, Линда, правда.
– Он погубит тебя. Пьяница всегда остается пьяницей.
– Ты не права. Люди меняются, и потом, есть еще кое-что.
– Что же?
– Я беременна.
Линда откинулась на стуле, сложив руки за головой.
– Боже, значит, он погубит вас обоих.
– Линда, как ты можешь быть такой жестокой? Почему тебе просто не порадоваться за меня?
Линда начала шебуршить бумагами на столе.
– Тсс, мистер Джи на горизонте.
Обе замолчали, дожидаясь, пока начальник пройдет мимо. Он с важным видом продефилировал вдоль столов, чтобы удостовериться, что все сотрудники усердно работают, и удалился обратно.
– Слушай, – сказала Линда, как только он скрылся из глаз, – давай после работы выпьем по стаканчику и обо всем как следует поговорим.
– Ты меня не переубедишь.
– Может и так. Но попробовать я должна.
Паб был переполнен ранними посетителями, и в воздухе уже висели клубы дыма. Они заняли относительно тихий столик в углу, и Линда пошла за пивом. Тина уже успела заскочить в свою комнатушку за вещами и теперь боялась оставлять чемодан без присмотра.
– Светлое и темное, – объявила Линда, ставя стаканы на стол.
Между зубами она держала пакетик свиных шкварок, из-за чего голос звучал шепеляво. Она раскрыла рот, и пакетик упал на стол.
– Чудно, – сказала Тина, отодвигая его к Линде. – Как раз то, о чем я мечтала – засушенные кусочки жирной свиной кожи.
– Тогда давай обратно, сама съем.
Линда открыла пакет, и воздух наполнился соленым жирным запахом.
Тина зажала нос рукой.
– Боже, меня сейчас стошнит.
– Тина, перестань кривляться, – закатила глаза Линда. – Пей пиво и перестань ныть.
Улыбнувшись прямоте подруги, Тина взяла стакан.
– Кажется, я где-то читала, что алкоголь во время беременности может навредить ребенку, – задумчиво сказала она, отпивая глоток. – Думаешь, это правда?
– Думаю, это меньшая из твоих забот. Этому ребенку достанется в отцы пьяница, грубая, жестокая скотина, которая не раз тебя избивала, а ты всякий раз умудряешься находить ему оправдания.
– Он меня бьет, только когда выпьет.
– Ну, что я говорю. Опять ты начинаешь. И что – от этого лучше?
– Нет, конечно. Но я говорю, он не пил уже несколько месяцев. Я бы никогда не вернулась, если бы не верила, что он изменился. Теперь мне нужно думать о ребенке.
Она погладила живот и улыбнулась.
– Вот именно. А что, если он ударит ребенка?
– Боже, Линда! Ты что – совсем меня не знаешь? Думаешь, я когда-нибудь вернулась бы к нему, если бы хоть на секунду могла предположить, что он на такое способен?
– Я просто спрашиваю. Когда он должен родиться?
– На Рождество.
Линда посчитала по пальцам.
– То есть ты на шестом месяце? А я-то думаю, чего это ты поправилась в талии в последнее время.
Тина улыбнулась.
– Просто порадуйся за меня, Линда. Я люблю его.
Линда вздохнула.
– Прости, но радоваться за тебя я не могу. Я, конечно, знала, что любовь ослепляет, но что она еще и лишает мозгов…
Пока Тина добралась до дома, уже пробило семь. Она пропустила автобус, и ей пришлось ждать следующего двадцать минут. Рик уже был дома, и она в радостном возбуждении открыла дверь.
– Прости, немного задержалась, – крикнула она, затаскивая свой чемоданчик в прихожую. – Пропустила автобус, и…
Она остановилась, увидев Рика в кухонном проеме с сигаретой в зубах.
– Я решил, что ты передумала, – заявил он обвиняющим, почти угрожающим тоном.
– Нет, конечно.
Она подбежала к нему и обвила руками за шею, уклоняясь от сигареты. Он не шелохнулся и продолжал неподвижно стоять. Она отстранилась и посмотрела на него.
– Мне правда жаль. Мы немного посидели с Линдой после работы, а потом…
Он оттолкнул ее.
– Ты была в пабе?
Тина почувствовала, как внутри шевельнулись первые ростки паники.
