Она почти не спала. Сварила с утра кофе, приготовила омлет. Муж сидит и завтракает и с виду все как обычно, как все пять лет до… Но тишина тяжелым грузом давит на них. Они не говорят и почти не смотрят друг на друга. А потом он встал, сделал шаг в ее сторону и замер. Глаза расширились, лицо покраснело и она испуганно подскочила к нему.
У Алеши давление и ко всему прочему микроинфаркт.
***
Маша вернулась домой из медицинского центра имени Алмазова, обессилено бросила на пол сумку, ключи от машины. Стянула платок – зачем она его повязала на голову, скинула кофту и юбку, в одном белье прошла к барной стойке, плеснула в стакан сока. Подумав, добавила туда же мартини. Прошло три дня, как они расстались с Максимом, а она уже умирает без него. Ожидание – невыносимо, только вера в его любовь придает сил.
Она посмотрела на телефон – Максим звонил час назад – и как она радовалась его голосу! И снова нестерпимо захотелось услышать его тихий голос. Сердце забилось бешеной трелью – а что если взять и позвонить?
Прикосновение пальцев к дисплею и на экране вызов…
- Макс? – Маша смущенно поднялась со стула, намотала на палец завиток волос. – Малыш, это я. Я так сильно скучаю.
- Маша?! – спросил женский голос, и она обмерла, чуть не выронив из рук телефон.
- Извините. Я ошиблась номером.
Её затрясло. Она совсем не ожидала услышать голос Татьяны, той самой белокурой девицы, что когда-то своим ядом отравляла жизнь. Она, конечно, знала, на ком он женат, с ужасом осознавая это долгие годы, но услышать ее голос, оказалось нестерпимо больно.
Телефон завибрировал вновь – на дисплеи его имя.
- Макс, прости, я не думала, что…
- Котовас? – взвизгнула Татьяна на том конце провода. – Это ведь ты, не отпирайся – бессмысленно.
- Я…
- Не бросай трубку! – прошипела Татьяна. – Давай поговорим, это все равно неизбежно, если ты ему уже звонишь.
- Татьяна, я просто…
- А мне плевать, что ты там! Поняла? Он мой и всегда был моим! – Татьяна перешла с шепота на тихий крик. – Он был моим, когда ты и не догадывалась! Жила себе в своей деревне, а он ночи со мной проводил! Как он страстно и жадно меня любил, потому и женился, ясно?!
- Что? – Маша потрясенно выдохнула.
- Что слышала! – Татьяна засмеялась. – У нас ребенок, семья! А ты просто жалкое воспоминание юности. Удовлетворил свое любопытство и вернулся ко мне. А ты все такая же наивная дура!
Маша закрыла дрожащей рукой рот, сдерживая всхлип, нажала на кнопку отбоя. Все вокруг снова потемнело, мир пошатнулся. В голове жужжит роем диких пчел голос мужа – он изменял тебе, голос его жены – он всегда был моим. И перед глазами замелькал его образ, его глаза, в которых она тонула, обрывки фраз, запестрили серым калейдоскопом их дни, прожитые вместе. Разве это все может быть ложью? Он же всегда был с ней, всегда рядом, даже когда она жила далеко.
- Не верю! – прокричала Маша, со всей силы кидая бокал в стену. Тот разбился на осколки, оставляя на бежевых стенах мокрую кляксу.
Маша закрыла лицо руками, заревев. Перед глазами воспоминания: она зарывается в мокрую от слез подушку, кричит безмолвно – он женился на другой – она видела в интернете фотографии с его свадьбы. Бежит в вымокшем до нитки платье по набережной канала Грибоедова – у них родился сын, и какой Макс счастливый на выписке, как нежно обнимает жену – Татьяна все еще не дорожит личной жизнью – все на показ, социальные сети пестрят их совместными фотографиями. Маша выбежала из офиса, увидев фотографию счастливого Максима, и бежала долго, обливаясь слезами, пока не выбилась из сил. А где их ребенок – он знает?! Не знает. И она не хотела знать, но в ушах бесконечная пленка с жарким шепотом мужа не давала позабыть прошлое – Машенька у нас будет свой малыш, забудь, так даже лучше, поверь. Ты же еще молодая, вся жизнь впереди…
Железнодорожная станция Удельная – объявил голос, и Маша поднялась с сиденья – на станции полно народу, ее потоком выносит к эскалатору – ступени, и ее несет наверх. В клинике ее ждет муж, на телефоне десять пропущенных вызовов – все от Алеши и ни одного от Макса. А она все еще наделась? Глупая. Но правду ведь говорят – надежда умирает последней. Она внутри давно уже умерла, а на дне серого тумана ее души всплеск огня, что горел в его глазах в их встречу.
Она вышла из вестибюля метро, вдохнула, не бодрящий осенний воздух, а горький дым своих надежд. Дорога казалось долгой, но она шла – к тому, кого видеть совсем не хотелось, и ощущала себя безвольным грызуном, бегущим по замкнутому колесу. Снова бежать? Взять свои вещи и вновь отправится в путь? Куда? К кому? Она уже однажды бежала…
- Что с тобой? – спросил муж, когда она вошла в палату и села напротив.
Маша скользнула глазами по его круглому и румяному лицу, по капельнице, что стояла рядом, по игле в его вене.
- А что со мной? – Она рассеянно мотнула головой. – Все нормально.
- Ты пила? От тебя пахнет. – Алеша нахмурился, простонал, когда резко дернул рукой. Надоело мне здесь, никаких условий. Домой хочу, к тебе.
