Маша взяла сигарету, затянулась, выдыхая дым кривым колечком, посмотрела по сторонам – Андрей, брат Славика разговаривал со своим другом, с которым она даже не знакомилась, белокурая Татьяна развлекала Максима, ее подруга Тоня целовалась с другом Максима – Денисом. Обе эти девицы уже учились в институте, обе считались взрослыми. Красивые – и та и другая. Лоск от сытой и беззаботной жизни наложил след на внешность. А она…А что она – серая помятая жизнью – еще не успевшая пожить как следует этой самой жизнью! – мышка.
Она поднялась со скамейки, налила себе в бокал еще шампанского, прошла вдоль сада, обогнула дом и села на скамейку у яблони на заднем дворе. Здесь, звуки музыки почти не слышны, лишь стрекот кузнечиков и сверчков ласкает слух, да шелест листвы от легкого вечернего ветра. Она докурила, бросив окурок через забор на грядки соседям, обхватила колени руками и закрыла глаза, подумав – этот вечер станет хорошим отрывком сегодняшнего дня, хотя в целом день был, как всегда скверным, принесшим очередное маленькое разочарование, поселившееся в ее сердце. Да и пусть уже живет там нескончаемое разочарование и никогда не уходит! Говорят, человек ко всему привыкает. Значит и она привыкнет, а как привыкнет – станет легче.
- Вот ты где?!
Маша вздрогнула. Надо же, пришел. Стоит, чуть пошатываясь, улыбается. Смотрит нагло, прожигая насквозь. Какой он сейчас взрослый. Прямо мужик. И крепкий такой, широкие накачанные плечи. Она рядом с ним совсем как тростинка.
- А ты искал меня? – Она усмехнулась, почувствовала легкое головокружение. Тело и мысли словно разделились. Первое стало слабым и безвольным, словно тряпичная кукла, набитая ватой, а в мутной, кружащейся голове шумело и стрекотало выпитое шампанское.
- Искал. – Максим довольно ухмыльнулся. – А ты сегодня такая дерзкая.
Он засмеялся своим чуть хрипловатым смехом, сердце Маши предательски затрепыхалось. Вот ведь какое! – только что изнывало от боли и обиды, а теперь порхает от радости.
- Где потерял свою подружку? – в ее голосе прозвучали капризные нотки. Она отвернулась и подвинулась.
- Ревнуешь? – Он сел рядом, довольно рассмеялся.
- Еще чего! – Маша снова пнула ногой ком земли. Получилось слишком эмоционально – и возглас и движение. Щеки заполыхали.
- Нервничаешь, значит, правда. – Он улыбнулся, чуть наклонился, заглядывая в ее хмурое лицо. – Расслабься, Маша и улыбнись.
- Ерунда, я не ревную! С чего бы это?
- Да ладно тебе, не злись, - он мягко толкнул ее в бок. – Искал тебя, а то толком и не пообщались, меня отвлекли.
- Да, я видела, как тебя отвлекали.
- Все-то ты видишь. – Он снова засмеялся, замолчал, а когда их глаза встретились, тихо спросил: – Как поживаешь в целом? Давно не виделись.
- Нормально. Собираюсь полностью отдаться учебе. Учиться, учиться, и еще раз учиться.
- Как говорил дедушка Ленин?
- Не знаю, что он там говорил, я при нем не жила.
Максим снова засмеялся, сказал, кивая:
- Это правильно. Ученье – свет.
- А не ученье – тьма.
- Тьма. – Передразнил он ее, усмехаясь, а голос ласковый – бредет тихим приливом по ее коже, поднимает волоски, бросает в омут с мурашками. – Все же лучше, чем с переростком Галькой по дачам ездить, особенно где взрослые парни отдыхают. Вот что ты здесь забыла?
Маша усмехнулась и повернулась к нему, сев в пол оборота.
– Я не маленькая уже! Я сама курю и выпиваю, не заметил еще? А значит, тоже отдыхаю.
- Заметил. – Он щёлкнул пальцем кончик ее носа. Маша цокнула, прикоснулась к нему пальцами. Смотрит обиженно, пыхтит.
– Вот ты знаешь, чем сейчас твоя подружка занимается?
- Знаю.
- Во-о-т. – Поучительно протянул он. – Ублажает своего парня, а должна по идее сидеть дома и делать уроки.
- Ну и что, - Маша фыркнула. – У них любовь!
- Знаем мы эту любовь. – Макс усмехнулся, добавил тихо: - Но ведь ты не такая, верно? Ты еще маленькая. Тебе рано это все, Маша.
- Так уж и рано? – фыркнула на упрямо, хоть и знавшая о сексе только по рассказам Гали, но желавшая сейчас, казаться ему взрослой.
- Не рано что ли? – он снова толкнул ее в бок, засмеялся, мотнув головой.
Маша смутилась, щеки запылали огнем. Хорошо – ночь, он не увидит.
- Застеснялась? – его негромкий смех пробежался тысячами мурашек по коже. И снова она ощутила запах его одеколона, его тела, его горячее дыхание и голова от удовольствия закружилась.
- Нет.
- Ты извини, если что не так, я просто выпил сегодня, язык развязался.
- А тебя твоя девушка не потеряет? – спросила Маша и тут же закусила губу – ну вот зачем?!
- Ой, как ты это произнесла...
Маша посмотрела на него – его глаза напротив, губы в нескольких сантиметрах от ее лица и она ощущает его горячее дыхание на своей коже. Она сглотнула слюну.
- Я же говорю, ревнуешь.
- Нет.
- Да-да!
- Нет. – Маша облизнула пересохшие губы и вдруг прошептала: – Макс?
- Что?
- А поцелуй меня?
Он вдруг перестал улыбаться и слегка отшатнулся.
- С ума сошла?
