– Черт, как жжет, – засмеялась Дженна, ее голубые глаза слезились.
– Ненавижу текилу, – согласилась я, бросила сухой лайм в миску и потянулась за пивом.
– Согласна, но вставляет знатно, – сказала Кристен. Мы с Дженной наклонили рюмки и сделали по глотку. Кристен соскользнула с барного стула и сказала нам: – Сейчас вернусь, мне нужно в туалет.
Кристен была моим партнером по проекту на одном из занятий. За последние несколько лет мы успели многое узнать друг о друге, особенно учитывая, что из пяти человек только мы вдвоем выбрали специальность «английский язык и писательство». Она была родом из Бразилии, и мне нравился ее уникальный взгляд на литературу – особенно на современную американскую литературу. Мне будет ее не хватать, но, черт возьми, я уже готова покинуть университет.
Я поправила на голове выпускную шапочку, все еще негодуя, что Дженна заставила меня носить ее всю ночь. Мне всегда казалось глупым, когда выпускники так поступали, как будто они выпрашивали внимания или похлопывания по спине у каждого посетителя баров, которые они посещали в день выпуска. Тем не менее я была в хорошем настроении – наверное, проход по сцене так действует. Поэтому я уступила Дженне, с улыбкой надев шапку и отметив, как мы прожили последние четыре года. По крайней мере, она позволила мне снять мантию и надеть симпатичные джинсы.
– Значит, ты занята до конца выходных, пока не уедешь в воскресенье вечером? – уточнила Дженна, надув губы.
– Да, мэм. Завтра у мамы намечается небольшая семейная вечеринка, а потом мы поедем на пляж на ночь и на все воскресенье.
– Что ж, думаю, я не могу сердиться на то, что ты хочешь провести время с мамой, – со вздохом согласилась Дженна. Она поднесла пиво к губам, но заговорила снова, прежде чем отпить. – Она будет скучать по тебе, ты же знаешь.
Я тоже вздохнула.
– Я знаю. – Разглядывая этикетку на пиве, я думала, как мы сблизились с мамой за последние три года с тех пор, как я прилетела домой из Калифорнии. Мы вместе горевали, вместе лечились и вместе росли. В итоге я осталась жить дома, пока оканчивала учебу в университете, и, как бы мне ни нравилось общаться с мамой и становиться еще ближе, я была готова начать новую главу. Я готова к новому городу, к новым людям, к новому шансу найти себя. – Но с ней все будет в порядке. У нее есть Уэйн.
– Уф, не напоминай мне. Везучая.
Я рассмеялась, а Дженна ухмыльнулась, явно ничуть не стыдясь того, что ей нравится парень моей мамы. Они встречались уже почти год, и он был хорош для нее – он был слишком хорош для нас обеих. Он помог мне подать документы в другой университет для следующей ступени образования за пределами штата, когда я боялась уезжать. И я навсегда осталась благодарна ему за это.
– Знаешь, я еще злюсь на тебя, – добавила Дженна. – Вот я наконец-то вернулась домой, а ты уезжаешь.
– Может, я вернусь после окончания университета. Кто знает.
Дженна пробучала:
– Только оставь мне место в своей постели, ладно? И ради всего святого, не становись фанатом «Стилерс».
– Это ведь бейсбол, да?
Дженна застонала, когда Кристен снова присоединилась к нам, и я рассмеялась, закинув ногу на ногу.
Я получала удовольствие от смеха, от веселья. Мне потребовалось много времени, чтобы вернуться в то состояние, когда снова смогла смеяться. Потеря отца подействовала на меня сильнее, чем я думала. Только в последний год я по-настоящему почувствовала, что учусь отпускать его – отпускать чувство вины. Я любила его, и это нормально. Я злилась на него, и это тоже нормально. Но теперь пришло время оставить его здесь, во Флориде, и узнать, кем я была. Кем я буду в новом городе и штате.
– Боже мой, – прошептала Дженна, опустив пиво на стол и дернув за петлю ремня моих джинсов. Она наклонилась ближе, смотря куда-то мне за спину. – Не смотри, но Джейми здесь.
– Что?! – прошептала я.
– Кто? – одновременно спросила Кристен, повернувшись в ту же сторону, что и Дженна. Она сказала мне не смотреть, но я, конечно, не послушалась. Как я могла? В бар только что вошел призрак, и я должна была сама в этом убедиться. Как только я заметила его, мое сердце подпрыгнуло, и пустота, которую ощущала с тех пор, как видела его в последний раз, заполнилась, согревая мою кровь.
Прошло три года. Или это было только вчера? Я могла сказать наверняка, отмечая разницу. Но ощущала его знакомое присутствие даже через барную стойку. В Шотландии виски можно отнести к категории шотландского только после того, как он выдержан в бочках не менее трех лет. В тот момент я поняла, что Джейми – это молодой купажированный шотландский виски с невероятным вкусом. У меня пересохло во рту, и, как магнит, он нашел меня взглядом в тот же момент, когда за ним закрылась дверь.
Он был в компании мужчин, одетых в костюмы, и один из них похлопал его по плечу, после чего кивнул в другой конец бара. Джейми кивнул, но не последовал за ними, когда они направились в ту сторону. Вместо этого он сосредоточил внимание на мне, наклонил голову, как будто сомневался, что я действительно здесь, и сделал первый шаг.
