Пэдди ударил по земле в ярости и отчаянии.
– Как мы сможем этому помешать? – вскричал он. – У нас нет шансов. Чем мы вообще тут занимаемся? Мы что, собрались сказать драконам, чтобы улетали прочь? Нет бы остаться у дома и попытаться спасти родителей и сестру! – Он встал на ноги и недовольно пнул старый прогнивший ствол дерева. Куски трухлявой древесины разлетелись во все стороны.
Флинн подошёл к брату и опустил руку ему на плечо.
– Я знаю, – сказал он. – Я тоже об этом думал. Ты прав. Может, нам правда стоит позволить Питбулю забрать четырёх драконов. И тогда он, возможно, оставит нас в покое.
– Получается, вернёмся домой, сдадимся охране и будем ждать, пока они будут делать своё дело? – спросил Пэдди.
– Получается так, – ответил Флинн. – Но давай сперва поедим.
Пэдди понуро побрёл к кипящему ручью и достал узелок из воды. Мальчики сидели в тишине и ели переваренные яйца вприкуску с помидорами и фасолью. От мысли о том, что на этот раз Питбуль победит и обречёт четырёх драконов на жизнь в зоопарке, завтрак Флинна отдавал горечью на языке. Даже Коко смотрела на своё яйцо без энтузиазма.
Доев, мальчики снова собрали рюкзаки и приготовились выдвигаться. Когда они сели на Трещотку, с горы Ошеломляющей до них донёсся далёкий, но мощный рёв. Флинн обернулся и увидел, как над щербатой макушкой горы кружат крошечные силуэты драконов.
– Ты был прав, – сказал Пэдди. – Драконы на Ошеломляющей горе. Рано или поздно люди Питбуля их найдут – это лишь вопрос времени.
С сожалением мальчики должны были отвернуться. Пэдди мягко стукнул пятками по животу Трещотки. Та двинулась с места с неохотой, но в конце концов они двинулись в направлении дома.
– ВЫ – ЧТО СДЕЛАЛИ?! ДАЛИ ИМ СБЕЖАТЬ? СНОВА? КОГДА ВСЁ ЭТО ЗАКОНЧИТСЯ, ВЫ У МЕНЯ ОТПРАВИТЕСЬ КУПАТЬСЯ В АКВАРИУМЕ С ПИРАНЬЯМИ!
Питбуль был в ярости. Он чувствовал, как лицо начинает гореть, а вены на шее пульсировать. Правый глаз дёргало нервным тиком. Он схватил рацию, выдрал трубку с мясом из радиопередатчика и стал колотить ей об угол стола, пока она не развалилась на мелкие части. Острый осколок пластика впился ему в ладонь.
– АРРРГХХ! – зарычал Питбуль.
В бешенстве он спихнул весь радиопередатчик со стола целиком. А затем стал скакать по нему, превращая в сотню поломанных деталей.
Услышав шум за своей спиной, он резко обернулся. За ним наблюдала Бриар, стараясь скрыть улыбку.
– Какой-то ты напряжённый, – сказала она.
– Напряжённый? НАПРЯЖЁННЫЙ? – заорал Питбуль. – Шутить пытаешься? Прикажу бросить тебя в машинное отделение до самого конца миссии!
Бриар покачала головой:
– Вовсе не пытаюсь. Просто говорю, что, возможно, не судьба.
Питбуль ушам своим не поверил:
– Не судьба? О чём ты, вообще?
Девочка выглядела задумчивой:
– Я имею в виду, что, может быть, людям не суждено держать драконов в неволе. И мир просто пытается сказать тебе это, а ты отказываешься слушать.
Питбуль заскрежетал зубами и нагнулся так низко, что едва не упёрся носом в нос Бриар. Он заговорил очень тихо:
– Мир будет делать то, что я захочу. Мир создан для того, чтобы подчиняться таким как я. Я меняю его по своему желанию. И если я хочу дракона – даже четырёх драконов – себе в зоопарк, то они у меня будут. Ничто – и никто – не встанет у меня на пути.
Бриар пожала плечами:
– Ладно, как скажешь. Вот только одна проблемка… драконов-то нет.
Питбуль выпрямился и отвернулся от неё. Девочка была права, но он не хотел этого признавать. Он смотрел вдаль из окна рубки, на сверкающие синие воды океана, и думал. И тут его осенило. Питбуль медленно кивнул, и на его губах заиграла улыбка. Он знал, что делать.
Питбуль снова обернулся к радиопередатчику, готовый отдать очередной приказ. Он уже и забыл, что тот больше не стоит на столе, а лежит на полу, разбитый в мелкое крошево.
– ПРИНЕСИТЕ МНЕ НОВЫЙ ПЕРЕДАТЧИК! – взревел он, и его подручные бросились врассыпную. – Пошлите пилотам приказ летать над островом туда-сюда по сетке координат до тех пор, пока они не увидят драконов. Сотня драконов никак не могла испариться в воздухе!
С каждым шагом в сторону дома Пэдди чувствовал себя всё хуже. Он был совершенно потерян. Но не мог придумать никакого другого решения, чтобы уберечь родных. Мама, папа и сестрёнка были гораздо важнее четырёх драконов. Он сознавал, что их единственный выход – это сдаться и позволить Питбулю победить.
Пэдди было бы легче поговорить об этом, но Флинн молчал, судя по всему уйдя глубоко в собственные мысли.
– А что, если одним из четырёх драконов окажется Элтон? – сказал Пэдди. – Что, если они его заберут? – У него сердце разрывалось при мысли о том, что зелёного красавца увезут навсегда, и он будет чахнуть в клетке. – Пожалуйста, пусть они не смогут поймать Элтона, – снова и снова повторял он вслух.
Пэдди почувствовал, как Флинн слегка отклонился назад – подал Трещотке сигнал остановиться. Лошадь сбавила ход и послушно встала на месте.
– Что такое? – спросил Пэдди. – Почему мы стоим?
Флинн глядел прямо перед собой и молчал. Внезапно он обернулся и бросил взгляд на гору Ошеломляющую.
– Что? – повторил Пэдди.
