– Можете убить меня из мести, – сказал Иван. – Дело ваше. Но для начала скажите, зачем вы меня вообще звали. Хотите сдаться? – Иван тяжело вздохнул. – У меня, конечно, маловато полномочий… Ладно, я могу принять вашу капитуляцию.
Пауза. Ахмет широко раскрытыми глазами глазами смотрел на Ивана – вот тебе и пленник. Рамиль улыбнулся, спрятал улыбку.
– Ну ты наглец, – сказал Ахмет почти с восхищением. – Я тебя почти уже уважаю. – Он посмотрел, прищурившись, на Ивана. Хмыкнул: – Вай, вай. Чай будешь?
Так убивать меня все-таки не будут?
Приятно.
Вот и все, подумал Иван. Пошли уже вразнос.
– Почему вы никак не успокоитесь? – спросил Ахметзянов. – Диктатура говорите? Что? Да, у нас диктатура и дикие нравы. Но мы же не заявляемся к вам на станцию устанавливать тиранию? Тогда какого черта вы приперлись к нам со своей демократией? А?!
Он посмотрел на Ивана, словно ждал ответа. Пауза. Иван пожал плечами:
– Если вы меня спрашиваете, то вы выбрали не того собеседника. Мне все по фиг с вашей демократией, диктатурой и прочей разной херней. Я хочу домой.
Молчание.
– Я тоже, – сказал Ахмет Второй. – Только в моем доме хозяйничают оккупанты. Пришли и напали, как гнильщики, бесчестно… я уже не говорю про нарушенное перемирие и про газовую атаку.
Иван слушал, сжав зубы.
– Не хрен было брать наш генератор! – он наконец не выдержал. Задолбали уже со своим фарсом.
– Что? – Ахмет-младший удивленно поднял брови. Была в нем какая-то внутренняя сила, благородство хищного зверя. Красивый мужик, но какой-то дерганый.
– Какой еще генератор? – Ахмет поморгал. – О чем он? – повернулся к начальнику охраны. Тот пожал плечами.
– Ой, давайте без этих, – сказал Иван. – Мне эти ваши увертки…
– Язык придержи, – мягко предупредил Рамиль. Иван понял, что еще чуть-чуть и будет больно. Рамиль хорошо двигался, как подготовленный танцор. Собака бешеная. Наслышаны про твои подвиги. Иван повел плечом.
«Макаров» забрали, надеюсь, хоть потом вернут.
– А зачем? – Иван усмехнулся. – Будешь стрелять – стреляй, не хрен мне тут указывать.
– Объясни ему, Ахмет, – сказала вдруг девушка без имени, – пожалуйста.
– Что объяснить? – спросил Иван. И вдруг понял, что у него озноб идет по затылку и спине. Чертова интуиция. Лучше бы мне этого не слышать… Иван выпрямился. – Что?
Его величество Ахмет Второй улыбнулся. Белозубый, сука, зубы ровные, словно не в метро живет.
– Мы не брали ваш дизель.
– Угу, – сказал Иван.
– Я говорю правду. Ни о каком генераторе мы не слышали. Зачем он нам? У нас, как ты заметил, централка.
Центральное освещение осталось в метро на трех станциях, вернее, трех узлах: Площадь Ленина, узел Садовая-Сенная-Спасская и узел Маяк-Восстания.
– Я слышал, у вас проблемы с ней.
– Проблемы? – Ахмет вздернул тонкие красивые брови. – Какие, – кроме вас, конечно?
Иван дернул щекой. Пожалуйста, пусть это будет вранье, мысленно попросил он. Обмани меня, Ахмет. Я хочу, чтобы это было вранье.
– Зато, – сказал Ахмет. – У меня незадолго до этого было посольство с предложением объединиться. Мир, дружба и взаимопомощь. Красиво звучит, верно? Догадываешься, кто это был – вернее, чье посольство?
– Чье? – Иван мучительно пытался не думать.
– Фамилия Орлов тебе о чем-нибудь говорит?
Еще бы. Иван почувствовал, как начинает уходить земля из-под ног.
– Я отказался, – сказал Ахмет. – Потому что красиво сказанная вещь далеко не всегда красиво выглядит. Ваш Альянс хочет расширяться? Ради бога. Но не за мой счет. Не за счет моей станции. Что молчишь, питерец?
– Думаю, – сказал Иван сквозь зубы.
– Хорошее дело, – губы Ахмета издевательски изогнулись. – Думай, диггер, думай. Это полезно. Кровь к голове приливает. Но ты не сомневайся, я и Вегану точно так же ответил. Спасибо за предложение, и идите на фиг.
– Тоже хотели мира, дружбы и взаимопомощи? – спросил Иван.
– Верно, – сказал Ахмет. – Как ты догадался? Надо было мне принять их предложение. А теперь… – он помедлил, глядя на Ивана плавно очерченными, слегка восточными глазами, – …когда мы все выяснили… Ты умрешь.
– Но! – подал голос из угла Борис. Ахмет поморщился. Цивильный замолчал.
Да, надежные у меня друзья, подумал Иван. Смелые.
– Рамиль, – сказал Ахмет.
Вот и все. Кончилось твое везение, диггер.
Девушка наклонилась к Ахмету, словно собиралась ему что-то шепнуть на ухо – длинные темные волосы упали бывшему царю на плечо… Словно водопад. Красивые волосы.
Эх, подумал Иван. Хоть что-то хорошее напоследок…
В следующее мгновение девушка подняла пистолет и нацелила Ахмету в висок. Щелчок курка.
– Отпусти его.
– Ты в своем уме?! – Ахмет дернулся было, но передумал. Девушка держала пистолет твердой рукой.
Надо же, подумал Иван. А я считал ее заторможенной.
– Неблагодарная тварь!
Девушка покачала головой.
– Как раз очень благодарная, – она посмотрела на Ивана. Глаза красивые. – Он правду сказал. Ваш генератор они не трогали. Он трус и подлый человек, но сейчас он говорит правду. Теперь иди.
Иван встал. Рамиль смотрел на него без выражения.
– Он уйдет… он должен заплатить! – У Ахмета задергались губы.
– Ты на его лицо посмотри, – заметила девушка. – Тебе мало?
