– Действие псилоцибина примерно такое – кажется, что тело произвольно меняет размеры, иногда нападает жуткий давящий страх. Еще слышишь цвета и видишь звуки. Короче такая хрень, что ну ее нах, крышу снести может, в глюках будешь глаза таращить и ждать, когда отпустит.
– Галлюцинации? Видения?
Солоха с интересом посмотрел на командира.
– И это тоже. А что тебя так заинтересовало, командир?
– Надо мне. Потом скажу. Агрессия?
– Шел бы и спросил там, где дурь выращивают, – обиделся Солоха. – Ему помогаешь, а он…
Иван почесал затылок.
– А это где?
– «Улица Дыбенко». Там грибники засели, вся дурь в метро оттуда идет – не знаешь, что ли? Теперь ту станцию называют «Веселый поселок».
– Кто называет?
Солоха пожал плечами. Мол, что тут непонятного…
– Да грибники и называют.
– Слышал кто-нибудь про Шестую линию?
Некоторое время они молчали. Точно взорвалась бомба, и всех оглушило.
– Золотая! – Кузнецов очнулся первым.
– Да, – сказал Водяник. – Еще ее называют Райской веткой. Иначе – Д7.
– Что?
– Да. – Профессор обвел собеседников значительным взглядом. В глазах вспыхивали электрические разряды. – Я говорю именно о нем… – пауза. – Секретное метро Петербурга – существует!
Пауза. Убер неторопливо встал, подошел и приложил ладонь ко лбу профессора.
– Да нет, холодный.
– Что вы делаете? – возмутился профессор, оттолкнул руку.
– Да вы вроде как перегрелись, Проф… нет?
Водяник возмущенно посмотрел на Убера. В глазах полыхнуло пламя.
– Молодой человек. – Он голосом выделил обращение. – Что вы имеете в виду?
Уберфюрер едва сдерживал смех.
– За это я Питер и обожаю. Тут любой мужик до старости «молодой человек». А что до секретного метро… – Убер улыбнулся. – Так это никакая не тайна, профессор. Есть бункеры, лаборатории секретные есть – под Кировским заводом, например, еще много всякого. УС «Дачник», например. Знаете, что это такое? Говорите, в ЧГК играли раньше? Нет, профессор, не взяли вы этот вопрос. Приз уходит к телезрителям.
– Ну, знаете! – Проф покраснел.
Для Ивана все эти «чэгэка» и прочие «телезрители» звучали как заклинания кришнаитов. Харе, Кришна, Харе, Рама. Кришна, Кришна, Харе. И вступает аккордеон.
Но про секретное метро он знал гораздо больше профессора. Даже пару раз сталкивался с «подземниками» лицом к лицу. Странные ребята. Сдержанные и таинственные до невозможности. Стоят, смотрят на тебя и улыбаются загадочно.
Словно родились с серебряной ложкой в заднице и теперь держат ее напряжением ягодиц.
– Хуйня все это, – сказал Убер. – Понимаете, профессор, в Питере «Метро-2» как такового никогда не было. Отдельные подземные лаборатории, бомбари, командные пункты ПВО, спецобъекты, это да. А секретного метро – нет. Увы. Так что, Проф, извиняйте, но приз все-таки уехал к жителю села Малые Васюки, Челябинская область.
«А вот тут ты, друг, не прав», подумал Иван.
– А туннель до Кронштадта? – спросил Кузнецов. – Я слышал, был такой…
– Байки! – отрезал Убер. – Вот я сейчас скажу, что есть тайный ход в тыл бордюрщиков. Пойдем по нему, а там спальня царя Ахмета. Бери его голыми руками, и конец войне. Это же бред, понимаете? Хотя и клевый.
– Хмм, – сказал Иван.
«Почему сразу бред?»
Кажется, у нас кроме плана А, предложенного Сазоном, появился и план Б.
Расспросы ничего не дали.
– Может, Дятел знает… – начал невский и осекся. Но Иван уже научился ловить такие моменты. Люди иногда самое важное сообщают в оговорках.
– Дятел? Это еще кто?
Невский повел плечами – с досады, что проболтался.
– Философ местный. Дурачок. Но вы его не обижайте, мужики не поймут. Он святой человек.
– Юродивый, значит, – сказал Сазонов из-за плеча Ивана.
– Сам ты юродивый, – буркнул невский. – Пророк он. Не трогайте его, ясно?
Сазонов мерзко улыбнулся. Невский вздрогнул.
– Ясно, – сказал Иван. – Так где его найти, говоришь?
Жилище святого человека напоминало усыпальницу фараона. Или сорочье гнездо.
Обитал Дятел в перегоне от «Маяковской» до Плана – «Площади Александра Невского», в заброшенном тупичке. Иван оглядел решетку, закрывающую ржавые циферблаты, надпись на стене гласила «Не влезай, убьет» и рядом – зеленым и красным сакральное «Enigma хороший человек TM». Вторую надпись можно было встретить практически везде в метро. Легенды гласят, что самые древние диггеры – еще до Катастрофы – тайно спускались в метро, чтобы нанести знаки поклонения Изначальному Диггеру. А их ловили мо́нтеры, слуги Изначального Мо́нтера. В общем, такая байка для малолетних. Иван хмыкнул.
На решетке висели блестящие побрякушки – часть из фольги, часть из стекла и камней. Крышки от бутылок, продетые на шнурок. Целые гирлянды из монет.
Пророк сидел в углу, на продавленном матрасе. Запах здесь стоял вполне цивилизованный. Похоже, «святому человеку» кто-то регулярно стирал белье и одежду.
На маленьком столике горела спиртовка. Голубоватое пламя изгибалось, отсветы плясали на стенах.
Дятел поднял голову. Худой, глаза навыкате, длинные волосы заплетены в косички. Оглядел Ивана, моргнул.
– Ты ко мне пришел?
