– Можно использовать мучжолей[6] из Пэкче. Они запросто справятся с Северными Мечами, раскиданными по всей стране, – продолжал Гочуга.
Воины-мучжоли из Пэкче славились своим искусством владения мечом, говорили, что они превосходят даже хваранов из Силлы и сонинов из Когурё.
– Но разве появление мучжолей на наших землях в устье реки Хан не вызовет сильнейшие волнения?
– Самое большее, на что они могут рассчитывать, – это маленькие речные форты или горные крепости.
– Но из-за вторжения воинов Пэкче местным придется бежать со своих земель, – сказал Го Гон с озабоченным выражением лица.
Го Вонпё лишь надменно взмахнул рукой в ответ на беспокойство сына:
– Ну все, хватит на этом. Всем подданным я уже велел прятаться в больших городах, а в крепости Гомори и Одусан ждут приказов большие отряды наших воинов. Пусть немного побоятся надвигающейся войны, это даже полезно, потом будет легче ими управлять. Народ склонен терять рассудок, когда чувствует сильный страх, и, если правильно этим воспользоваться, можно получить большую выгоду. Хорошенько запомни это, сынок!
Когда подошла к концу третья суровая зима и подул теплый ветер, Ондаль покинул пещеру. Спустившись с гор, он направился в сторону крепости Чанан, чтобы встретиться с Ким Ёнчолем.
Крепко держа Вихря за поводья, юноша медленно въехал в деревню, в начале которой возвышалось гигантское дерево, и его листья нашептывали путникам бережно хранимые им столетиями истории. Пышные цветы форзиции окрашивали все вокруг в ярко-желтый цвет.
Ондаль направился на деревенский рынок и с радостью окунулся в шумную людскую суету. Мужик, сидящий под ивой, скинув рубаху; люди, играющие в ют[7]; торговец жуками с плетеной корзиной; продавец масла, зазывающий народ ударами в барабан; бездельничающий торговец тканями; кузнец с железным молотом; бабушка, продающая суп на говяжьей кости… Ондаль понял, что очень соскучился по знакомым запахам и звукам деревни.
Привязав Вихря к столбу, юноша сел за стол в трактире и принялся внимательно наблюдать за прохожими. Вокруг бродило множество людей с большими узлами, словно собранными в дальнюю дорогу. Ондаль прислушался к их разговорам.
– Говорят, они уже захватили несколько горных крепостей.
– Воины Пэкче сильны и страшны. Все наши солдаты бросаются наутек, только услышав об их приближении.
– Да что вы? Наши воины убегают?
– Не все, конечно. Не знаю уж, почему, но сонины сюда даже носа не кажут.
Ондаль, которого заинтересовала беседа за соседним столом, стал слушать еще усерднее. На границах Когурё в стратегически важных местах стоят горные крепости, которые позволяют обороняться от врагов. Обычно их охраняют местные солдаты, но в случае вторжения врага туда высылаются специальные отряды лучших сонинов, которые встают на передовую и храбро сражаются. Однако на этот раз сюда никого не прислали. Специальные отряды в армии распределяют по всем пограничным крепостям, обычно такие группы возглавляют сонины, которые поднимают боевой дух солдат и ведут их за собой в бой. Но если их нет, то в крепости остаются только местные солдаты, они слабы и малочисленны и способны только обороняться, но не сражаться.
Когурё обладала сильнейшей армией, которая строго охраняла границы. Пэкче же уступала соседней стране в военной силе, поэтому ее нападения были крайне редки. Однако на этот раз на границу не отправили ни одного специального отряда, несмотря на растущие жертвы среди крестьян и захват крепостей, одной за другой. Даже Ондаль, который не разбирался в устройстве армии, возмущенно покачал головой.
Наблюдая тут и там за людьми, бредущими по дороге с узелками, чтобы спастись от нашествия армии Пэкче, Ондаль двигался на север. Добравшись до переправы на реке Пэсу, он отправился на поиски школы «Могучие Северные Мечи». Звучные возгласы тренирующихся воинов он заслышал еще издалека, на подъезде к переправе.
Ондаль остановился, чтобы спросить у проходившей мимо девушки:
– Извините, я тут ищу одного знакомого.
Хон Ильми проявила больше интереса к лошади Ондаля, чем к его вопросу:
– Ух ты! Какой огромный конь! Выглядит очень грозным!
Девушка переключила внимание на Ондаля и обвела его с головы до ног недоверчивым взглядом.
– Да, его кличут Вихрем! Он очень высокомерный и любит строить из себя невесть что. Хотя совсем недавно и впрямь убил тигра… – беззаботно ответил Ондаль.
– Что? Тигра убил? Ну вы и шутник! Ха-ха-ха! – засмеялась Хон Ильми.
– А вы у него спросите. Правда же? Да?
Но гадкий Вихрь оказался слишком смышленым и решил поставить хозяина в трудное положение.
– Ии-го-го.
Конь громко заржал и словно нарочно покачал головой в разные стороны.
– Эй, мы же даже сделали мне накидку и ели мясо того тигра, – возмутился Ондаль.
– Фр-р-р.
– Кажется, он все отрицает, – усмехнулась Хон Ильми.
– Это мы еще посмотрим. – Ондаль надулся и пригрозил коню: – Погоди у меня!
Девушка нашла Ондаля, беседующего с лошадью, немного странным, но не сочла его опасным человеком.
– Так кого вы ищете?
– А, так этот! Косой! Ой, то есть Ким Ёнчоль! Не слышали о таком?
– А кем вы приходитесь этому господину?
