День соревнований приближался, но убийца продолжал орудовать, не боясь никого. Теперь жертвами становились даже воины, которые передвигались по двое или по трое. В этой ситуации воины-новички, те, кто приехал попытать удачу, и просто слабохарактерные юноши один за другим начали покидать столицу, отказываясь от участия в играх. Повсюду расползались ужасные слухи, а в довершение ко всему по крепости прокатилась волна подозрительных поджогов.
Первый пожар произошел в королевской усыпальнице, но, к счастью, был быстро обнаружен караульными и потушен. Однако на этом случаи поджогов не закончились. В деревне за крепостными стенами пожар превратил в горы пепла несколько улиц, унеся жизни десятков мирных жителей. Люди, потерявшие в огне родственников и имущество, больше, чем печаль, испытывали беспокойство по поводу надвигающейся суровой зимы.
Поджигатели, которые поначалу скрывались под покровом ночи, со временем стали орудовать в открытую: теперь они большими бандами нападали на жителей, грабили и бесчестили женщин. Простой люд перестал ходить по улицам даже при свете дня и вынужден был трястись от страха, сидя дома за семью замками.
Начальник внешней охраны столицы генерал Ыльчжи нес личную ответственность за поиск преступников, восстановление порядка и обеспечение безопасности жителей до наступления игр на горе Наннан. Он увеличил количество патрулей и запретил въезд и выезд из крепости после заката солнца. Король Пхёнвон выделил в помощь генералу воинов из личной гвардии, которые неустанно патрулировали окрестности в поисках убийц и поджигателей.
Генерал Ыльчжи чувствовал, что зашел в тупик. Он собрал подчиненных и поделился переживаниями, которые мучили его:
– Наблюдая за пожарами, я не могу сдержать негодования. Поджигатели уж слишком искусно избегают патрулей и солдат, словно заранее знают о наших передвижениях. О разбое уже и говорить страшно. Кроме того, при поджогах они используют порох, который редко встречается в народе. Это значит, предатели находятся в рядах армии. Мы непременно должны изловить этих мерзавцев, пока вся столица не сгорела дотла.
По законам Когурё виновники в преднамеренных поджогах караются смертной казнью. Поджигателей может ждать только два пути – повешение или отсечение головы.
Услышав о происходящем, принцесса Пхёнган в первую очередь заподозрила, что Черные Смерчи опять пытаются создать суматоху среди народа. Однако, судя по донесениям, Смерчи подвергались нападкам и гибли так же, как и простые жители, поэтому подозрения с них пришлось снять. Принцесса изо всех сил ломала голову, пытаясь решить эту загадку. Многочисленные убийства и поджоги – это явно не случайность, а чей-то очередной хитрый план. Кто-то определенно хочет помешать проведению игр на горе Наннан. Но кто мог бы пойти на такое? Какую пользу может принести неведомому врагу отмена игр?
Принцесса принялась прокручивать в голове возможные сценарии. Если игры на горе Наннан будут отменены из-за убийств и пожаров, в первую очередь ответственность понесет управляющий армией Ён Чонги. Однако это не станет причиной для сильного наказания или смены расстановки сил в армии. Но что же насчет безопасности в столице? Разумеется, здесь виноватым окажется начальник внешней стражи генерал Ыльчжи. Дойдя до этой мысли, Пхёнган почувствовала, как ее сердце забилось сильнее. Устранение Ыльчжи Хэчжуна – это самый точный и смертельный удар по военным силам и всем будущим планам принцессы.
Если генерал Ыльчжи понесет ответственность за происходящее, королю придется уволить его с поста начальника внешней стражи. Это естественный способ устранения политического противника. В случае если после этого Го Вонпё удастся посадить на это место своего человека, король и наследный принц окажутся в изоляции во дворце.
Просчитав, на кого нацелен враг, принцесса тут же начала действовать. Она срочно написала Ондалю, что он должен принять участие в играх на горе Наннан, чтобы расстроить вражеские планы и защитить генерала Ыльчжи. Чхве Уёну же принцесса отдала приказ собрать лучших воинов из тех, кто обучался в школах Северных Мечей, и отправить их на игры.
Стража крепости Пхеньян пополнилась новыми воинами, и волна пожаров стала понемногу стихать. Однако на этот раз по столице стали распространяться страшные слухи, источника которых никто не знал. Все говорили лишь об одном: скоро в крепости произойдет огромный пожар, в котором непременно погибнут тысячи людей.
В начале года по лунному календарю Ондаль впервые за три года возвращался домой. Получив весть о приезде мужа, Пхёнган нарядилась в прекрасные шелка и, несмотря на холодную погоду, вышла вместе с Чхве Уёном к околице.
Вскоре на дороге показался Ондаль. Но, как говорится, от старых привычек легко не избавиться. Если бы не величавый Вихрь, юноша выглядел бы как самый последний нищий.
Госпожа Са, которая в это время сидела дома и качала на руках маленького Сомуна, вдруг резко поднялась с места. Служанка вздрогнула от неожиданности и, подскочив, приняла на руки ребенка.
– Что с вами, госпожа? – спросила она.
