На этот раз поток энергии был куда внушительней. На мгновение я даже испугался, что потеряю сознание или попросту лопну от нахлынувшей на меня чужой силы. Лазурное свечение, исходящее от моего тела, стало настолько ярким, что я отчётливо видел, как подсветилась им та часть купола, где стоял я. И теперь центральный зал храма словно разделился надвое, проведя границу примерно посередине. Именно там коричневые и багровые тона встречались с голубыми и небесными, совершенно не смешиваясь при этом. Моя броня начала покрываться полупрозрачной плёнкой, а на голове оказался такой же шлем, невесомый и не мешающий обзору. Нового оружия не появилось, но у меня было своё собственное и вполне себя зарекомендовавшее.
Я обнажил меч с вплавленными в него жертвенниками и ответным жестом направил его в сторону аватара Троих.
— Ты избрал путь конфронтации, — подытожил тот.
— Я выбрал путь надежды, — озвучил я уже свои собственные мысли.
— Ма́лек, мы признаём твою силу. Но нас трое, а ты один. Исход предрешён.
— Кто вам сказал, что он один? — с этими словами я вернул то ли ангелу, то ли уже демону его злобную улыбку. — Вселенная стремится к равновесию, иначе нити судьбы не были бы так запутаны.
В мой меч потихоньку начала вливаться энергия Беса, а в левой руке уже материализовалась «плеть», концы которой со звоном шкрябнули по полу. Они подрагивали и звали поскорее пустить их в ход. Я отчётливо чувствовал нетерпение Ужаса, мечтающего уничтожить это осквернённое воплощение своих давних врагов.
— Так вот с кем ты теперь водишь дружбу, Ма́лек. Тогда нам действительно не о чем больше говорить. Сначала мы уничтожим твоего слугу, а его зверушек обратим и посадим на цепь. Затем мы придём за тобой, в твой домен и заберём себе его силу. Ведь теперь вся она будет принадлежать только нам!
Первый удар Фебрана (или того, в кого он превратился) был молниеносным. Пламенный меч за долю секунды успел рассечь воздух трижды, повсюду разбрызгивая капли жидкого огня. И будь на моём месте даже Крест, он бы, наверное, не успел уклониться. Однако сейчас и моё тело, и мой разум были совершенно на другом уровне существования. Я видел эти удары. Они были чудовищно стремительны, но всё же не превосходили мой собственный предел.
Впитавший в себя силу Беса меч дважды встретился со своим визави и столкновение выдержал. Третий выпад я парировать не успел, и он ожёг мою броню. Зато и я сумел огреть ангела «плетью» по единственному уцелевшему крылу, прерывая тем самым его попытку взмыть в воздух. Лучше уж пожертвовать малым, но сразу приземлить его, чем пытаться потом достать под куполом.
Энергия лилась сквозь меня бушующим потоком, заставляя тратить её как можно быстрее. «Меч правды» и «плеть» стали моим основным оружием, но помимо этого я старался использовать весь свой арсенал. Простые и не очень заклинания, напитанные силой извечных для Первых врагов, приобретали совсем иные свойства и доставляли осквернённому ангелу немало проблем. Удары «молотом» усеяли окружавшие врага «рёбра» трещинами, «град» срывал куски ороговевших пластин и брони, а «рябь» заставляла того куда осторожнее передвигаться по залу.
Противник тоже не оставался в долгу, успевая между непрекращающимися атаками своим мечом, осыпа́ть меня всевозможными заклинаниями. При этом не тратя на это ни времени, ни внимания. И если бы не дарованная Ма́леком защита, меня бы многократно разорвало на части, а ошмётки размазало тонким слоем по куполу храма.
Бой вообще протекал совершенно иначе, нежели все мои предыдущие столкновения даже с самыми сильными магами. Ни о какой тактике или тем более стратегии речи не шло. На это просто не было времени. Весь воздух вокруг превратился в сплошные вспышки, и даже несмотря на моё в разы ускоренное восприятие я не успевал реагировать на все угрозы. Впрочем, как и мой оппонент. Именно поэтому, основным аргументом стали наши мечи и прочность покрывавших нас щитов.
И всё же план на бой у меня был. Во-первых, я надеялся, что сражение с драконом должно было заставить Троих изрядно потратиться. А во-вторых, им явно требовалось оставить силы на то, чтобы достать стержень, удерживающий проход в Бездну всегда приоткрытым. Поэтому они не станут затягивать, прежде чем нанести решающий удар. Но хватит ли моей собственной живучести до этого момента?
Те объёмы, что я пропускал через себя, уже давали знать. Внутренний огонь становился всё жарче и уже обжигал меня до боли. Уверен, что скоро наступит отказ основных узлов и каналов, а сразу за этим последует расплата. Сколько я уже потратил? В пять или, может, в семь раз больше, чем было у меня самого?
И всё же, когда аватар Троих нанёс свой решающий удар, я был ещё на ногах и в состоянии сражаться, ведь сила «слёз» просто не позволяла мне сдаться, как бы я ни устал.
