Пускай броня не сверкала как на параде, а местами и вовсе была поцарапана или даже погрызена, она надёжно выполняла свою функцию. А оружие, хранящееся в простых ножнах или спрятанное под обычными кожухами, было сделано из отличной стали и всегда готово к реальному бою. Амуниция, артефакты, сильные и выносливые лошади и прочее снаряжение, среди которого был даже набор алхимии на все случаи жизни — всё это позволяло нам раз за разом выживать и двигаться дальше. А позолоченную пыль в глаза зевак пускай бросают другие, нам от этого только лучше, меньше ненужного внимания.
Может быть, поэтому наше появление в лагере собираемых Творгеном наёмников не вызвало никакого ажиотажа. Для большинства слоняющихся здесь вояк мы были ещё одной ватагой, ищущей привычного заработка. Такие же хмурые как у всех лица, такая же повидавшая всякое броня, поверх накрытая припылившимися шерстяными плащами, защищающими от холода осеннего утра.
— Творген, собирай всех! — приказал я, наткнувшись на него в харчевне первого этажа. — Я сделаю объявление.
— Как скажешь, Мазай. Но помни, о чём я тебя предупреждал. Не все тут знакомы с дисциплиной, многие из них не привыкли держать язык за зубами. Я к тому, что ты их сразу не убивай.
— Постараюсь.
Десятник не соврал, тут и вправду было 3 с лишним сотни наёмников. И это говорило о том, что Творген и оба отправившихся с ним помощника выложились на все сто. Конечно, хватало тут и всякого сброда, но и хорошо вооружённые солдаты тоже встречались. Мой взгляд то и дело цеплялся за отдельные фигуры воинов или даже небольшие группы, снаряжённые куда лучше прочих. Профессионалы, потерявшие работу после смерти их господ. Многие оппозиционные Казантиру аристократы лишились головы, и некоторым бойцам из их гвардии посчастливилось при этом сохранить свои собственные на прежнем месте. Возможно, некоторые из них станут десятниками или даже сотниками, но всё равно, я не представлял, кто сможет управиться с этой разношёрстной толпой и хотя бы довести её до нужного нам места. Для этого нужен весьма специфический опыт. Что ж, уже скоро увидим и это.
Я взобрался на заранее подготовленный помост, которым послужила поломанная и уже рассохшаяся телега, и гаркнул во всю силу своих лёгких:
— Слушай сюда!
Но лишь передние ряды повернули свои головы, не торопясь при этом оповещать тех, кто стоял позади них. Тогда попробую по-другому. Короткая вспышка света, направленная в небо, осветила пасмурное утро и помогла привлечь всеобщее внимание.
— Я сказал, слушать сюда! И третий раз я повторять не буду!
Не самые добрые физиономии уставились на меня. Ни доверия, ни уважения. Кто-то из впереди стоящих даже пренебрежительно сплюнул под ноги, угодив, правда, на ботинок соседа, за что тут же получил от него под дых и закашлялся. Не обращая на это внимания, я обратился к толпе.
— Как вы уже знаете, Империя собирает воинов и готова им платить. До всех присутствующих уже довели условия найма, и я здесь лишь за тем, чтобы забрать тех из вас, кто на них согласен. Ну а те, кто пришёл поглазеть или поторговаться, могут идти туда, откуда явились! Уже завтра мы выступаем, обещанный аванс получите сразу, как прибудем на место, там же с вами подпишут полноценный контракт. Моя задача — отсеять тех, кому с нами не по пути. Остальных же — сопроводить до границы. Готовьте снаряжение и ждите указаний от старших!
— Надо бы покрыть тогда расходы на дорогу, — крикнул один из самых тщедушных. — До границы пешим драпом… это ж дней 5!
— Ага, и мы туда попрёмся без бумаг? — поддакнул ему второй. — Под твоё честное слово? Ты кто такой хоть?
— Моё имя Мазай, я глава отряда Бешенных Зайцев, — стараясь оставаться спокойным, ответил я. — И я тот, кому поручено собрать войско наёмников для имперской службы. А ещё именноя́буду решать, кто из вас для этой целей сгодится, а кто нет. Вас никто силком не гонит! Если что не по нраву, то можете продолжать сидеть на своей жопе здесь или отправиться на поля убирать созревший урожай. Те же из вас, кто готов заработать монет, собирайте вещи и готовьтесь выступать!
Не дожидаясь новых вопросов и возражений, я слез с телеги и уверенно зашагал в трактир. Творген последовал за мной.
— Ну, и где твой спаситель, который готов повести за собой это сборище недоразумений? — спросил я его. — Я даже пошёл у вас на поводу и привёл сюда эту чёртову лошадь. Ты хоть представляешь, во сколько она мне обошлась со всем снаряжением⁈
— Вон он, за столом у окна, — проигнорировав мой вопрос, указал он.
Окно это смотрело аккурат на телегу, с которой я недавно произносил свою короткую речь. Выходит, моё представление он видел, но вот от своей трапезы ради такого случая решил не отвлекаться? Внутри начало расти раздражение. И на него, и на Творгена, который будто что-то не договаривал. Да и вообще, весь этот предстоящий поход на запад мне виделся одной большой занозой в понятно каком месте.
Однако, подойдя к столу, все готовые слететь с языка слова куда-то подрастерялись.
