Мне жаль, что ты смогла усомниться в искренности моих к тебе чувств.
М.”
Письмо почти ничего не проясняло, но всё же проливало свет на те вопросы, что мучили Катерину всю ночь. Она воскрешала в памяти раз за разом разговор с дядюшкой и не могла отделаться от мысли, что здесь есть какая-то доля фальши. А после строк, прочитанных утром, уверилась: не так все складно, как сочинял Борис Петрович. О той ли Натали говорил таинственный “М”? И мог ли им быть сам Великий князь? Решившаяся на то, чтобы обо всем уведомить Императора, пробежавшись взглядом в пятый раз по строчкам, Катерина решила, что нуждается в помощи цесаревича: кроме него вряд ли кто мог ответить на эти вопросы.
Спешно покидая комнатку, княжна старалась убедить себя не торопиться — не доставало еще показать Его Высочеству свое волнение.
Входя в кабинет почти сразу после стука, Катерина надеялась, что подобным своеволием не вызовет гнева со стороны Наследника Престола. Впрочем, тот, кажется, даже и не заметил её появления, будучи увлеченным какими-то бумагами. Документы различной степени важности загромождали письменный стол темного дерева, и стоило всерьез опасаться, что от неловкого движения все они сдвинутся и опрокинут золотую чернильницу, что приведет к уничтожению некоторых записей. Вот только поглощённый делом Николай вряд ли мог сейчас думать об этом.
– Ваше Высочество, я прошу прощения за визит без приглашения, однако это не терпит отлагательств, – склонившись в глубоком реверансе, княжна опустила голову, признавая собственное своеволие.
Цесаревич, услышавший её голос, был немало удивлен, но разгневанным не выглядел. Напротив, казалось, что он даже доволен подобным шагом с её стороны: морщинка на лбу разгладилась, с лица сошла утомленность. Он и вправду устал от судебной реформы, с которой разбирался по приказанию Императора, и уже был готов просить высшие силы о чем угодно, лишь бы удалось отвлечься, пусть и ненадолго. Похоже, они услышали его безмолвные мольбы.
– Катрин? Вы и вправду мое спасение. Однако Вы выглядите так, словно повстречали всех Гатчинских призраков.
– Ваше Высочество, мой вопрос может показаться бестактным, но всё же: что Вам известно о романе Великого князя Михаила Павловича с Натальей Голицыной?
Николай, от чьего внимания не укрылась какая-то непривычная серьезность и сдержанность княжны, задержал взгляд на ее лице: обычно таком живом и светлом, но сейчас словно утратившим все юные черты — вряд ли Катерина проявляла праздный интерес к царской семье.
– В свое время об этом ходило немало слухов по Петербургу, однако они были фикцией, – после недолгого молчания отозвался цесаревич, откладывая бумаги в сторону. – Наталья Голицына, бесспорно, находилась в хороших отношениях с Михаилом Павловичем, но это не имело ничего общего с сердечной привязанностью. Все было создано лишь для того, чтобы сокрыть роман Великого князя с Аксиньей Перовской, чьей подругой являлась mademoiselle Голицына: именно она поспособствовала принятию той ко двору.
Глаза Катерины невольно расширились: то, что сказал Николай, практически подтверждало письмо, прочтенное давеча. Но тогда дядюшка сильно заблуждается, полагая, будто бы царская семья пред ними в чем-то виновна. Однако, вся ли история оказалась фальшивой? Или просто мастерски были сплетены факты с вымыслом?
– Откуда Вам известна эта история? Я полагала, что за давностью лет уже никто не знает правды.
– Бумага хранит то, что не дозволено хранить людям. Когда-то, играя с Александром в закрытой половине дворца, я нашел дневники своего деда. Возраст был именно тот, когда из любой находки создаешь целую легенду, а уж сердечные привязанности, сокрытые ото всех, как нельзя лучше для этого подходят. Потом как-то все забылось, но дневники так и остались лежать у меня, пока вновь я их не обнаружил перед своим путешествием по России: в дороге перечитал и обнаружил немало того, что упустил, будучи ребенком.
– Тогда, – княжна вынула из пышных юбок то самое письмо и протянула его цесаревичу, – Вы сможете сказать, принадлежит ли оно руке Великого князя?
Николаю не пришлось досконально изучать взятый лист бумаги, чтобы дать ответ: еще по тому, как был выведен вензель в виде буквы “М”, и как загибалась буква “д”, что было характерно стилю его деда, он мог утверждать, что это послание действительно писал Михаил Павлович. И имя той, кому оно адресовалось, также не являлось секретом.
– Абсолютно. Судя по всему, одно из последних его писем Аксинье.
– Существуют ли доказательства того, что Наталья не состояла в отношениях с Великим князем?
– А Вам так хочется обнаружить в себе царскую кровь, Катрин? – ироничный вопрос цесаревича отчего-то лишь усилил мрачность его собеседницы. Та, взглянув в глаза Николаю, с неясным ему холодом произнесла:
– Мне жаль, если я дала Вам повод думать обо мне в подобном ключе. Я не претендовала и никогда не стану претендовать на место в Вашей семье. Однако этого бы желал мой дядюшка.
