А еще там были различные графины, покрытые эмалью и выполненные из тонкого стекла, благодаря которому в наших буфетах навсегда поселится радуга. Изящная посуда из венецианского стекла, похожие на яркие самоцветы – рубины, изумруды, аметисты и сапфиры – бокалы и чаши, окаймленные серебром и украшенные серебряным орнаментом. И самый любимый мой подарок – целый столовый сервиз из кракле, венецианского стекла. Я о таком прежде даже не слышала. Помню, когда я в первый раз открыла устланный соломой ящик, то едва не разрыдалась от ужаса, так как решила, что вся посуда побилась и покрылась трещинами, но тут пришел Роберт, посмеялся надо мной, обнял и поцеловал в щеку. «Так и должно быть, глупышка, такая уж новая мода», – пояснил он и рассказал, что, когда стеклодувы изготовляют такое стекло, они опускают его в холодную воду, отчего оно покрывается мелкими трещинами и выглядит так, будто сделано изо льда. Я была изумлена! Еще больше я поразилась, когда обнаружила, что посуда и впрямь необыкновенно холодная, почти как лед, который вот-вот начнет таять. Я подумала, что эти бокалы – самая искусная и прекрасная работа из всего, что я видела, и дождаться уже не могла, когда мы выставим их на наш стол во время первого ужина, на котором я появлюсь в качестве жены и хозяйки. И этот стол будет ломиться от разнообразных лакомств. Я уже даже начала продумывать, что велю подать в этот особенный день.
Нам подарили белье для дома, подушки из бархата и камчатного полотна, роскошные ткани, из которых мы обязательно сошьем себе новые наряды, драгоценности, редкие, очень дорогие духи в искусно изукрашенных хрустальных флаконах. Подарили даже настольные игры, в том числе изящно сработанные шахматы, шашки и нарды (последние даже были сделаны из хрусталя и серебра), колоды невообразимой красоты игральных карт, часть которых была расписана серебряной и золотой краской, и любимую мою игру «Лиса и гуси»[12] с крошечными шашечками из слоновой кости и дамкой, вырезанной из сердолика. Среди даров были и музыкальные инструменты – богато украшенные вирджинелы с клавишами из слоновой кости и расписанными маслом панелями, лютни, инкрустированные перламутром.
А еще нам в дар преподнесли чудесные эмалированные коробочки, в которые можно складывать всякую всячину – засахаренные фрукты, документы, драгоценности и игральные карты. Были среди подарков и изысканно декорированные арбалеты, большой и маленький, идеально подходящие для совместных выездов молодых супругов на охоту, и пара прекрасных обученных соколов вместе с егерем, «крупным, сильным и красивым мужчиной, который сможет услужить и лорду,
Некоторые гости дарили нам книги со смешными или мудрыми наставлениями для супружеской жизни, толстые тома с советами, как стать хорошей хозяйкой, и целый фолиант о коитусе (Роберт сказал мне, что так называют особый вид охоты); книги о скульптурах и песнях и даже чудесную иллюстрированную книгу на итальянском языке, повествующую, как прошептал мне на ухо Роберт, обо всяких пикантных и непристойных историях, которые он переведет для меня и прочтет на ночь, если я буду «послушной и кроткой в постели и в совместной жизни», какой и положено быть достойной жене. Некоторые гости дарили нам турецкие ковры и гобелены. На том гобелене, что мне больше всего понравился, была изображена необыкновенной красоты дева, ласкающая единорога, положившего свою красивую голову ей на колени.
Таких изумительных даров на моей памяти никто еще не получал, я не ожидала получить и половины подаренного. Дадли были воистину влиятельным семейством – об их власти в королевстве говорили даже, что она невероятно,
Преподнесла нам дары и королевская семья. Король Эдуард прислал нам собственный портрет в натуральную величину, чтобы мы повесили его в доме на почетном месте, а также копию своей «Книги общей молитвы» в черном переплете. Его старшая сестра, набожная принцесса Мария, подарила нам гобелен с бахромой из золотых нитей, на котором были вытканы корчащиеся в адском пламени грешные души и злобные черти с вилами. Этот подарок предназначался для нашей часовни. Принцесса Елизавета прислала нам некий хитрый механизм, маленькую повозку из золота и серебра с чудесными эмалированными и перламутровыми розами. Это устройство со специальным краником двигалось по краю стола и наливало гостям в ладони розовую воду, чтобы они могли вымыть руки. Я такого прежде не видела и, как ребенок, заводила игрушку снова и снова, запуская ее по кругу, пока Роберт не рассмеялся и не попросил меня прекратить, чтобы я не сломала ее прежде, чем гости успеют увидеть это чудо за праздничным обедом.
