Пламенный аккорд полностью

– Не могу поверить, что ты, черт возьми, не рассказал мне об этом, – сказал Джесси. Он покачал головой, глядя на Джуда, и было ясно, что он недоволен.

– Джесса начала приходить на наши вечеринки, – ответил Джуд, – и мы не могли ее остановить. Но она знала, что, если сделает это, ее выгонят. Ей не были рады. Это означало, что она собиралась найти другое место, где могла получить то, что хотела. И она это сделала. Джесса начала ходить со своими друзьями на другие вечеринки, тусоваться с другой компанией, на которых я не мог присматривать за ней. Я не мог нянчиться с твоей младшей сестрой. А где были вы? – Он оглядел каждого из нас.

Никто не произнес ни слова.

– Мы все были заняты другими делами, – сказал Джуд. – Но Сет был там. Он поддерживал Джессу так, как никто из нас не смог бы. Поэтому я велел ему приглядывать за ней. Я не говорю, что все закончилось хорошо. Я не говорю, что это было лучшее, что я мог сделать. Но в то время это было так. Она ходила на эти вечеринки и ловила кайф, нравилось это нам или нет. С Сетом она была в безопасности. Я снабжал его всем необходимым, а она получала свое от него, от Королей, так что я знал, что все было чисто. На любой из этих вечеринок она была в большей безопасности, чем любая другая девушка.

– Ага, – прорычал Броуди. – В безопасности от всех, кроме Сета.

Броуди и Джуд посмотрели друг на друга через всю комнату, и я почувствовала, как между ними повисло напряжение.

– Как ты думаешь, кто такой, черт возьми, Сет Бразерс? – спросил Джуд. – Ты полностью демонизировал этого парня, потому что Джесса пришла к тебе с какой-то слезливой историей, которая имеет отношение не столько к нему, сколько к ней, и ты был настолько ослеплен своей страстной увлеченностью ею, что даже не заметил этого.

Броуди поднялся на ноги. Сначала он выглядел ошеломленным… Но потом по щелчку пальцев вышел из себя.

– Так вот, мать твою, как ты на это смотришь?

Джуд перевел дыхание и, казалось, прикусил язык. Возможно, он понял, что перешел черту.

Возможно, «страстная увлеченность» была подходящим термином, чтобы описать тогдашнюю привязанность Броуди к Джессе. Но теперь она носила его ребенка. Их отношения были гораздо глубже, чем просто увлечение. Джуд действительно рисковал, бросая вызов Броуди в этом вопросе.

И, возможно, Броуди знал об этом.

Возможно, он просто прикидывал, что, если Джуд подставлял свою шею ради Сета, на то была чертовски веская причина.

– Послушай, – сказал Джуд, немного смягчаясь и выглядя усталым от всего этого, – я с самого начала знал, что Сет влюблен в Джессу, и то, что я ничего не предпринял по этому поводу, было моей самой большой ошибкой. Я понимаю. Но тебе нужно смириться с этим. Она справилась с этим. У нее под сердцем твой ребенок. Пора двигаться дальше, брат.

Мы все молчали. Напряжение в комнате было чертовски сильным.

Я встретилась взглядом с Диланом, затем с Зейном. Они ничего не сказали, но я видела, о чем они думали. Это было написано на их лицах.

Они считали, что Джуд прав.

Я заехал на парковку у церкви прямо в хвост черному «эскалейду», который, как я знал, принадлежал Броуди. Я осмотрел стоянку: два «харлея». Должно быть, Броуди и Джуда. Что означало…

Я притормозил рядом с «эскалейдом», и когда водительская дверь открылась, из нее вышел кто-то из охраны. Как только я покинул свою арендованную машину, он открыл заднюю дверь внедорожника, и вышла Джесса Мэйс. Вернее, вывалилась.

Из-за своего беременного живота она пошатывалась на ногах и была немного тяжеловата. Я рванул, чтобы подхватить ее, но ее водитель остановил меня, сам схватив ее под руку.

– Спасибо, – сказала она, и ее глаза расширились, когда она увидела меня.

– Мэм? – спросил парень, оценивающе глядя на меня. Его рука была прижата к моей груди, и я решил, что было бы неплохо сделать шаг назад.

– Я в порядке, – сказала Джесса, и водитель отступил, выпуская ее руку. – Не мог бы ты оставить нас на минутку?

Парень снова посмотрел в мою сторону. Я постарался выглядеть таким же безобидным, каким себя чувствовал, и на всякий случай засунул руки в карманы джинсов, чтобы он понял, что я не собираюсь ее лапать. Наконец он кивнул и исчез.

Джесса посмотрела на меня, наши взгляды встретились.

Она выглядела прекрасно.

Она явно прибавила в весе, и это каким-то образом сделало ее еще сексуальнее. У нее были округлые формы, а щеки – круглые и розовые, как яблоки. От нее исходило сияние беременной женщины; беременность ей к лицу.

Я потерял дар речи.

Она неуверенно улыбнулась и провела рукой по животу.

– Броуди, – сказала она, хотя в этом не было необходимости. У меня не возникло вопроса, чьего ребенка она носит.

– Джесса… – тихо сказал я. – Я… я так рад за вас.

И это была чистая правда.

Она кивнула.