Впрочем, нельзя сказать, чтобы войска бездействовали - скорее наоборот. Как и в августе, существовал приказ об обстреле домов: “Провокация артистическая, - пишет директор бакинского машиностроительного общества, - толпу ведут к армянскому дому, около них раздается выстрел, сейчас же начинается расстрел дома войсками, потом поджог и разгром хулиганами. Казаки бесчинствуют. Армянам не дается возможности отстоять и спасти свое имущество” (“Т.Л.», 2.11.1905). Обыкновенно в толпе у армянского дома стрелял какой-нибудь татарин (иной раз прямо с канистрой в руках), после чего толпа звала войска: “Армяне стреляют из окон!” Войска не заставляли себя упрашивать и обстреливали дом из ружей и пушек, после чего татары его поджигали. “Толпа грабила и убивала, причем казаки, солдаты и татары подстреливали даже прыгавших с балконов людей. “ Фаддеев не подпускал к горящим домам пожарных команд. Армяне не стреляли, боясь столкновений с русскими войсками («С.О.», 28.10.1905). Пресса особо отмечала систему в действиях войск и погромщиков; так, «Русь» говорит о “систематическом погроме на законных основаниях. “Это та самая система - уточняет «Тифлисский Листок» - что была применена в Москве,… после похорон Баумана.” («Т.Л.», 2.11.1905). В разгар погрома армянские депутаты обращались к тогдашнему главе правительства графу С.Ю.Витте и получили ответ: “Что же я могу сделать? По всей России так! От меня это не зависит!” («Т.п.», 2.11.1905). По прошествии трехдневного срока было, наконец, издано распоряжение о противодействии насилям («Т.Л.», 23.10.1905), однако погромы продолжались до 30 числа. 24 октября погромщики ворвались в армянскую богадельню и убили 6 женщин и детей; но затем подоспела самооборона, и громилы бежали, оставив до 30 человек убитыми («и.о.», 26.9.1905).
В конце концов, хулиганы начали бить и русских; так, разгромили квартиру священника Александра Левшо-ва. На третий день губернатор Фаддеев отдал приказ стрелять по погромщикам («Н.О.», 25.10.1905), что не помешало ему на следующий день разрешить толпе “манифестантов” пойти в армянскую часть города («С.О.», 28.10.1905, второй вып.).
Петербургское телеграфное агентство сообщало: “Баку. Город имеет военный вид. Русские требуют разоружения и удаления армян. По донесению полиции, в каждом сожженном доме взрывалось по 20-30-50 бомб”. Армяне тут же подсчитали, что в сумме это дает до 800 бомб достаточно, чтобы снести весь Баку с лица земли! («Т.Л.», 4.11.1905).
Остается только заметить, что в действиях бакинской администрации не было ничего оригинального: точно так же в эти дни во многих городах России (в том числе в Киеве, Одессе, Николаеве и др.) были организованы еврейские погромы, а в Тифлисе, например, войска и юнкера просто избивали студентов, гимназистов и интеллигентов.
ЕЛИСАВЕТПОЛЬ. НОЯБРЬ
В Баку наступило успокоение, однако резня угрожала вспыхнуть с новой силой. В начале ноября возобновились столкновения в Шуше. Армяне задержали 15 татар, татары - 20 армян, но тех отбили после перестрелки и освободилашеллинские татары, не желавшие вражды («Т.Л.», 10.1.1905). 12 ноября татары и армяне заключили мирный договор на основе круговой поруки («Т.Л.», 13.11.1905). Все успокоилось - относительно. “В данное время, - констатирует наблюдатель, - как мусульмане, так и армяне заняты исключительно угоном скота друг у друга.“ («Т.Л…, 17.11.1905).
Но тут произошла новая вспышка - на этот раз в самом губернском городе:
“ЧАСТНАЯ ТЕЛЕГРАММА. ЕЛИСАВЕТПОЛЬ. В городе идет армяно-татарская резня, город горит. Возле керосиновой станции Елисаветполь пехота преградила путь надвигающейся на город орде татар. Произошла перестрелка: солдаты стреляли пачками, татары разбежались. Сейчас окрестности станции со всех сторон окружены вооруженными полчищами татар. Станция защищается добровольцами-милиционерами и небольшим количеством пехоты. Так как в дневной перестрелке солдатами убито несколько татар, то ночью ожидается нападение на станцию. Сейчас 12 часов ночи, город в огне; слышна безпрерывная перестрелка. Получено известие, что из Алабашлы движется на Елисаветполь около 500 татар, разгромивших там немецкие сады и вырезавших всех армян. Неподалеку за лакричным заводом, по слухам, сконцентрированы 1000 человек татар.“ («Кавказский рабочий листок», 20.11.1905).
