«Вскоре после погрома… — пишет Г. Е. Старцев, — в городе пошли опять глухие и страшные толки… Нервное настроение росло… Среди армян распространялись таинственными агентами безграмотные прокламации. Мне прислали текст такой прокламации. Привожу ее целиком.
„Армяне, граждане дорогого для нас отечества! Обращаемся к вам и просим вас, ради Христа, успокоиться, очнуться… Будьте дальновидными, вспомните о грядущем впереди несчастье, в случае продолжения ваших неуместных поступков, не нападайте на полицейских и главарей наших мусульман…
Сжальтесь над беззащитными стариками, женщинами и детьми, которые сделаются жертвами ваших гнусных желаний. Если вы нападете на кого-нибудь из наших мусульман, как вы это сделали на днях, то клянемся Богу, что все армяне будут перебиты. Прекратите ваше социал-демократическое движение, оставьте полицию в покое. Однако, мы уверены, что между вами будут благомыслящие, которые сознают то, что от нас требует наша священная религия в подобных случаях…“
Прокламация подписана: „бакинские мусульмане“» (Старцев, гл. З).
Под влиянием бакинской резни 20–23 февраля произошли столкновения в Эривани, начало которых красноречиво описывает татарин Э.Султанов:
«Мы… услышали возгласы: „Запирайте лавки!“ — и заметили, что базарная толпа мусульман бежит в мечеть.
Выйдя из конторы и смешавшись с толпой, я услышал крики: „мы спасаемся от армян, армяне нас убивают!“ Я и случившиеся тут же несколько почтенных мусульман стали успокаивать толпу, говоря ей, что „армяне не враги татарам“, и уговаривали толпу вернуться назад, в лавочные ряды.
В рядах толпа народа стала сгущаться, шум и гам были невообразимы.
Выяснилось тут же, что поводом к тревоге послужило случайное поранение на Базарной площади татарина татарином же. Но тревога была настолько сильна, что моментально все лавки были заперты. Базарная площадь опустела.
В тот же момент в разных частях базара убито было 2 человека и ранено 5 человек армян, преимущественно из бедного класса, и разграблено 2 лавки: армянина и татарина» («Каспий», 1.3.1905).
27 февраля последовал высочайший рескрипт о назначении главноначальствующим на Кавказе, «дабы водворить спокойствие», графа И. И. Воронцова-Дашкова. Для него была восстановлена упраздненная в 1884 году должность наместника. Это назначение возбудило большие надежды. Новый наместник имел репутацию умного, либерального вельможи, отлично знающего Кавказ и начисто лишенного арменофобских предрассудков. Одним из первых шагов Воронцова было ходатайство о возвращении имущества армянской Церкви и открытии армянских школ.[17]
К несчастью, надеждам на прекращение резни при новом наместнике не суждено было сбыться. В мае резня вспыхнула с новой силой.
Бакинская резня вызвала сильное возбуждение на Кавказе. «Армяне режут правоверных!» — таков был клич, брошенный по всему Закавказью. Этот клич с удовольствием подхватили турецкие панисламистские агитаторы, невозбранно действовавшие под видом дервишей.
