«Акцио бадьян», — Тихо прошептала она, направляя палочку на маленькую поясную сумочку.
Капли целебной настойки тут же сделали своё дело, ожоги на руке стали исчезать, а вместе с ними отступила и боль. Убрав баночку с настойкой обратно в сумку, драконорожденная откинулась на спину, лежа на полу и глядя в бесконечно высокий потолок. Наконец, переведя дух, она огляделась, заметив в дальнем углу атриума высокую неподвижную фигуру. Девушка поднялась на ноги, чувствуя, как сердце бешено забилось в груди.
— Ты? — Тихо выдохнула она и слово это гулко отдалось в атриуме эхом. Фигура двинулась по направлению к ней.
— Не думал, что увижу тебя здесь, — Прозвучал до боли знакомый голос. Реддл выглядел уставшим и напряжённым.
— Не рад меня видеть? — Осведомилась драконорожденная, еле сдерживая эмоции.
— Я бы так не сказал, — Отозвался волшебник, подходя к ней, — Просто не хотел, чтобы ты оказалась здесь этой ночью.
— Поэтому сбежал? — Белла не знала, радоваться ей, или злиться, тысяча эмоций нахлынула на неё разом, сбивая с толку.
— У меня были дела помимо школы, не думала же ты, что я так и останусь просто преподавателем? — Реддл приподнял в изумлении бровь, жест — настолько знакомый, что заставил Беллу невольно улыбнуться.
Она хотела было ответить, как вдруг атриум прорезал радостный крик: «Я убила Сириуса Блэка!».
Беллатриса Лестрейндж бежала бегом от лифтов, сверкая глазами и дико улыбаясь, за ней, тяжело дыша — Гарри, с палочкой, зажатой в руках.
Изабелла Джонс, не удержавшись, взмахнула волшебной палочкой, тут же вырвалась ярко красная вспышка и пожирательница упала на землю, загнувшись от боли, пронизавшей всё тело.
— Она твоя, — Тихий голос Беллы разнёсся по атриуму, она с нескрываемым удовольствием наблюдала за тем, как Беллатриса корчится на полу под наложенным круциатусом. Впервые применив запрещённое заклятие, Белла про себя отметила, что это может быть даже несколько приятным. Признаться, она ненавидела Беллатрису больше, чем кого-либо ещё. Реддл же, лишь молча стоял чуть позади, наблюдая за тем, как его ученица хладнокровно мучает его же приспешницу. Удивительно: в начале года он хотел переманить Изабеллу Джонс на свою сторону, после многое изменилось, только вот результат вполне оправдывался. Белла сильно изменилась за этот год, та девушка, что первого сентября сошла с Хогвартс Экспресса на платформу «Хогсмид», никогда бы не применила непростительное заклятие, новая же Изабелла — применяла его с невероятной лёгкостью, да ещё, по всей видимости, наслаждалась результатом.
Гарри же, ничего не заметив, в иступлённом отчаянии, вызванном гибелью Сириуса, тупо остановился, глядя на Беллатрису, лежащую на полу перед ним.
— Остановись, Гарри! — Послышался позади него зычный голос Дамблдора. Изабелла, завидев директора, тут же прекратила действие заклятия и Беллатриса, едва переведя дух, бросилась к одному из каминов, швыряя на ходу в него горсть летучего пороха. Через мгновение она исчезла в языках зеленого пламени.
— Вот и ты, Том, глупо было появляться сегодня здесь, — Промолвил Дамблдор, извлекая из рукава волшебную палочку и отодвигая Гарри за себя. Парень тупо опустился на пол, опершись спиной о фонтан. Реддл, понимая, что поединка не избежать, лишь сжал в бледных тонких пальцах волшебную палочку.
— Отойди, — Тихо шепнул он, так, что услышала его только драконорожденная. Но девушка не двинулась с места, повернувшись, она по-прежнему оставалась между ним и Дамблдором.
— Ты же не хочешь устраивать поединок здесь? Скоро тут будет куча мракоборцев., — Начала она, но Реддл перебил её.
— Отойди, или я сделаю тебе больно.
Девушка, тихо вздохнув, сделала несколько шагов в сторону, провожаемая взглядом бывшего директора школы.
— Пожалеешь о том, что вообще появился здесь, старик, — Прошипел Реддл, метнув заклятие. Дамблдор легко увернулся и заклятие угодило в статую фонтана, которая с грохотом раскололась и рухнула. Поединок завертелся так быстро, что Белла и Гарри не успевали следить за происходящим, поистине, магия совершенно иного уровня разворачивалась перед их взорами.
Вдруг позади сражающихся, стали раздаваться громкие хлопки трансгрессии, атриум стал заполняться волшебниками и волшебницами, между ними замаячило удивлённое лицо Министра Магии.
