Пересветова такая скорость решения вопросов впечатлила настолько, что тот впал в ступор. Молча кивая в ответ на реплики служащей и порой поглядывая на меня. Обе девы откровенно скучали. А я с интересом анализировал защитные системы здания, заодно исследуя его при помощи Ровера. По крайней мере ту часть, которая была доступна. Несмотря на слабое прикрытие большинства рабочих кабинетов, некоторые помещения были оборудованы настолько мощными артефактами, что их вскрытие требовало бы либо зашкаливающего уровня силы, либо очень долгой и тонкой работы.
Когда мы покинули здание, Кирилл было двинулся в ту самую сторону, откуда мы пришли. К счастью не став спорить и после первого же предложения, согласившись прогуляться в другом направлении. Проходить мимо места недавней стычки, где сейчас наверняка было полно служащих Земской Избы, желания у меня никакого не было.
Неспешно шагая по пешеходной улице, я покосился на Милославу, которая буквально лучилась усталостью. Потом посмотрел на Кирилла.
— В гостинице, где вы остановились, ещё есть свободные номера?
Во взгляде нобиля мелькнуло некоторое удивление — на секунду он задумался, чуть опустив брови. Потом кивнул.
— Есть. Но я думал мы прямо сейчас и вернёмся. Дела ведь завершены.
Прямо сказать ему, что собираюсь отправиться на охоту за божественным поваром, я понятное дело, не мог. Поэтому собирался выдать совсем иную версию. Но не успел — сначала ощутил чьё-то пристальное внимание, а потом обгоняя нас, рядом тяжело протопал одутловатый полный мужчина, сжимающий в правой руке трость.
Остановившись, грохнул ею по мостовой. Оперевшись одной рукой, тяжело вздохнул и достал платок. Вытер со лба пот. Потом упёрся взглядом в лицо остановившегося дворянина.
— Прошу извинить, если ошибся. Но вы ведь Кирилл Пересветов? Сын Валентина Пересветова?
Ровер оскалил клыки, зарычав на толстяка. И я прекрасно понимал, почему. От того веяло далеко не самыми позитивными эмоциями. Скорее набором разнообразной мерзости. Направленной сразу на всех — от обеих дев до нобиля и меня самого. Желания он излучал весьма разнонаправленные, но во всех случаях одинаково негативные. За счёт нашей связи, пёс это прекрасно чувствовал.
То же самое ощутила и Милослава, от которой вновь повеяло злостью. А вот Кирилл, заметно помрачнев, кивнул.
— Так и есть. Могу я узнать ваше имя?
Расплывшись в фальшивой улыбке, тот немедленно отвесил поклон.
— Прошу извинить мою оплошность, юный господин. Болеслав Охотов. Приказчик господина Всеволода Ярогина.
Лицо юного нобиля вовсе окаменело. А вот толстяк сразу же продолжил.
— Мой господин очень хотел бы с вами увидеться. Если позволите, то прямо сейчас.
Пробуждённым приказчик не был. Но вот артефактов на нём имелось немало. Включая достаточно мощные — точно определить их силу, по таблицам Корпуса я сейчас не мог, но стоили те наверняка дорого. И были в состоянии выдержать серьёзную атаку.
Припавший к земле Ровер, оскалил клыки. Пересветова пёс тоже считал за своего и потому, испытывал большое желание попробовать на вкус неизвестного, который вызывал у нобиля столько негатива.
Сам же Кирилл, мельком глянув на меня, угрюмо кивнул.
— Увидеться было бы можно. Но боюсь, сейчас у меня есть иные, неотложные дела. Возможно получиться выбраться в город на следующей неделе. Тогда и заеду к господину Ярогину.
Толстяк, который уже обеими руками опирался на трость, внезапно изобразил на своём лице притворное сожаление.
— Надеюсь все члены вашей семьи живы. Речь же не о похоронах?
Вопросительно уставившись на изумлённого вопросом дворянина, секунду помолчал. После чего продолжил.
— Прошу извинить, если вас задел, но это единственное, что приходит на ум. Ведь для настоящего аристократа нет ничего важнее, чем сохранность фамильного поместья.
Если до этого момента, у меня имелись некоторые сомнения по поводу цели его появления, теперь они окончательно рассеялись. Правда, оставалось непонятным, как именно тот понял, что мы будем здесь? Заранее на приём Пересветов точно не записывался. Разве что о его появлении сообщил кто-то из клерков Земельной Палаты? Учитывая, что на входе фиксировали имена всех входящих в здание, подобное виделось самым вероятным.
Владислава изучала приказчика с таким видом, как будто хочет прямо тут перерезать ему горло. А Кирилл, после короткой паузы, предпринял ещё одну попытку отбиться.
— Договор с Ярогиным подписывал мой отец. Он и должен разбираться с вопросом долга.
Болеслав всё с тем же выражением притворного сожаления покачал головой.
— Прекрасно осознаю ваше нежелание отвечать за дела родителей, но именно так устроена жизнь, господин Пересветов. Ваш отец сейчас в столице. А проценты по долгу и число пропущенных выплат уже перевалили порог, после которого мой господин может обращаться в суд.
Мгновение помолчав, приказчик добавил.
