Тем не менее, я добрался до нужной точки. Ощутил импульс торжества от Ровера, к которому щедро примешивалась тревога. И молнией рванул дальше.
В следующее мгновение ловушка сработала. Пять лигат, которые я изобразил при помощи пса. Как выяснилось, если удлинить ему один коготь и частично тот материализовать, ретривер в с состоянии чертить. Особенно, если в его разум впечатать точную схему того, что должно появиться на земле.
С чем-то сложным, он скорее всего не справился бы. Да и сил у меня на что-то серьёзное, в любом случае, было недостаточно. Потому я предпочёл использовать несложный комплекс, обычно применяемый против Древних рас.
Расчёт был на слабость божественной «искры» противника. И он оправдался — прямо сейчас враг бился в энергетической сети, которая с каждым его движением, погружалась в кожу, напитываясь от его собственной силы.
Подобное было применимо лишь к тем Древним, чей разум был примитивен, а в арсенал не имелось сложных плетений. Ловушка подпитывалась за счёт их собственной мощи, что делало её почти идеальным оружием. Но при этом, прервать этот процесс было несложно. По крайней мере, если располагать нужными знаниями.
Впрочем, угодивший в капкан бог, сейчас тоже не производил впечатление разумной сущности. Скорее напоминая одного из тех безумцев, за которыми я в своё время охотился.
Сделав несколько шагов, я приблизился, рассматривая противника ближе. Его тело было настоящим — полноценная божественная оболочка. Вот только выглядела она так, как будто её пожевал, а потом проглотил и попытался переварить межмировой кит.
Плоть расслаивалась, а внутри всё было залито сиянием «искры». Которая прямо сейчас распадалась на части.
Смотря на корчащегося в сети бога, я испытывал сразу два чувства — удовлетворение от победы и раздражение. Он располагал той самой информацией, которая мне необходима. Как минимум, какой-то её частью. И вместо того, чтобы выйти на диалог, бездарно умирал. Как дикий фавн, что пытался украсть из деревни очередную девицу, но сам угодил в капкан.
Тем не менее, шансы ещё оставались. Возможно у меня получится вытащить из него хотя бы что-то интересное.
Сконцентрировавшись, я постарался не обращать внимания на боль от столпа Изначальной силы и принялся формировать ещё одну лигату. Ту, что позволяла поглощать не только силу божественного противника, но и его память. Хотя бы её часть.
Далеко не факт, что это сработает в текущих обстоятельствах. Но попробовать стоило.
К моменту, когда оболочка сына Стрибога превратилась в груду сгорающих, прямо на глазах лохмотьев, я уже закончил. И сразу же ударил артефакторной шпагой. Вогнав её через сеть, прямо в «искру» божества — задействуя оружие, в качестве своего рода прямого моста.
Завихрившаяся вокруг сила моментально сдавила тело. Окончательно раскалила основание столпа. Заставила с безумной силой сжать зубы.
На момент показалось, что сейчас меня разорвёт на части. Внутри этого безумца оказалось слишком много мощи. А может я банально переоценил собственные возможности. В любом случае, нагрузка была слишком велика.
Спустя пару секунду трофейная мощь всё-таки начала втягиваться в канал, который я создал внутри клинка шпаги. И внешнее давление постепенно стало ослабевать.
Зато ожгло болью изнутри. Снова. Ещё раз. Объём трофейной силы был слишком велик — организм не успевал её перерабатывать. Как итог — та обрушивалась на плоть. Чистая божественная мощь, которая подверглась минимальным изменениям.
После того, как боль стала постоянной, выйдя на абсолютно новый уровень и даря мне то, что палачи зовут «незабываемыми ощущениями», я рухнул на одно колено.
В голове металась всего одна мысль — немедленно прекратить процесс поглощения. Остановиться. Избавиться от боли.
Держаться получилось лишь за счёт голой воли. Прервись я сейчас и вся та сила, что уже находится внутри моей энергоструктуры, моментально выйдет из-под контроля. С вполне предсказуемыми последствиями.
Поэтому я шёл единственно возможным путём — продолжал впитывать трофейную мощь. Не обращая внимания на боль и намертво стиснув зубы. Организм полыхал изнутри. Словно кто-то пропитал мои органы бензином, а потом поднёс спичку.
Прекратилось всё неожиданно. Только что я был на грани того, чтобы потерять сознание, а в следующий момент вдруг наступило затишье.
Не успел я осознать тот факт, что процесс завершён, как разум наполнился образами. Чужими, кровавыми и пропитанными свирепой яростью.
Заскрипев зубами, склонился к земле, чувствуя, как бурлит разум. Это уже было перебором. Слишком высокая нагрузка. Моей воли хватило, чтобы выдержать удар по плоти. Но сейчас она отступала. Не в силах выдержать натиск обрывков божественной памяти.
А сквозь всё это месиво ощущений пробился импульс Ровера. Тревожный и наполненный опасениями — к нам приближался отряд всадников.
Я отчаянно пытался взять под контроль собственное сознание. Загнать чужую память в дальние уголки разума. Не позволить спалить мои собственные воспоминания.
