Ещё одна новость, о которой можно было говорить вполне уверенно — гибель всех членов Корпуса, которых можно было рассмотреть в качестве союзников. Уверен — встреть меня один из настоящих Стражей, который когда-то давал присягу, с ним вышло бы наладить диалог. Возможно, не сразу и, скорее всего, это было бы сложно. Тем не менее, подобная вероятность оставалась. И шансы на её реализацию были весьма неплохими.
Конечно, на всё это можно посмотреть и под абсолютно иным углом. Предположив, что некто банально пытается меня дезинформировать. Заставив поверить, что все настоящие Стражи давно мертвы.
В любом случае, ломать над этим голову прямо сейчас я не собирался. Не то время, не то место и не те обстоятельства.
Поэтому вернулся к ждущей меня троице соратников, и спустя какие-то тридцать секунд, мы уже мчались по улице на фаэтоне. Изящный экипаж оказался единственным, что вмещал сразу четверых пассажиров.
Высадить нас я попросил в соседнем от университета квартале. Далеко не факт, что это сыграет какую-то роль. Но, если так — было бы обидно проколоться на подобной мелочи.
До здания самого учебного заведения мы добрались пешком, изображая мирно гуляющих по столице аристократов. А когда оказались поблизости, я отправил внутрь Ровера. Пёс порывался немедленно разорвать в клочья всю охрану и освободить нам путь, из-за чего его приходилось регулярно притормаживать, напоминая, что основной задачей сейчас является наблюдение.
Сам же я занялся одним из плетений, которые широко использовались во время разведки. В этот раз решив использовать вовсе не простую примитивную комбинацию, которая изучалась легионерами в первый год службы. Я применил комплекс, изучаемый исключительно разведчиками либо офицерами, начиная с ранга центуриона первой степени.
Основная суть — формирование полноценной иллюзии, создаваемой поверх человека и наделяющей его абсолютно иной внешностью. Отчасти это упрощало задачу — требовалось лишь сделать так, чтобы фрагменты иллюзии повторяли действия объекта. Не было необходимости создавать полноценный конструкт, который мог бы работать автономно.
С другой стороны, те же самые преимущества несколько усложняли процесс. Особенно, если речь шла об иллюзиях, создаваемых в полевых условиях. Безусловно, я рассматривал разные варианты нашей внешности и начал заниматься этим ещё в гостинице. Тем не менее, полноценную проработку приходилось реализовывать здесь. Прямо на улице. И в весьма сжатые сроки. Потому как время работы комбинации тоже было ограничено. А влить в плетение объём силы, чтобы иллюзорный облик держался дольше тридцати-сорока минут, я себе позволить сейчас не мог.
Впрочем, на мой взгляд, этого промежутка времени нам должно было хватить. Тем более, я не собирался всё время перемещаться под иллюзией.
К моменту, когда я закончил, над зданием университета уже кружило около сотни призрачных птиц. Во-первых, позволяя мне контролировать окрестности, во-вторых, выступая резервом на случай схватки.
Пункт охраны на входе, состоявший из нескольких Пробуждённых, мы миновали без всяких проблем. Как выглядят удостоверения личности студентов и преподавателей, я хорошо запомнил ещё днём. Дополнительно к этому сохранив в памяти детальные образы пары десятков человек, подходящих для «копирования». Так что прямо сейчас я выглядел как один из местных профессоров. Родион играл роль ассистента, а девы выступали в качестве студенток. Основанием же для позднего визита были индивидуальные занятия.
Учитывая подслушанные при помощи эйдосов разговоры, ничего странного в этом не было. Выбранный мной преподаватель появлялся здесь по ночам регулярно. Как правило, в компании красивых девушек, для которых проводил «приватные семинары».
Оказавшись внутри, мы для начала немного побродили по центральному корпусу. После чего я взял под контроль небольшую часть внутренней сигнальной сети и зафиксировал образы четырёх человек, находящихся в одной из аудиторий. Вслед за чем прикрыл всех нас маскировочным покровом и наконец двинулся в нужном направлении.
Все остальные, если не брать в расчёт Ровера, изрядно нервничали. Что было логично — одно дело действовать где-то в сибирской глуши, и совсем другое — вытворять подобные фокусы в самом центре столицы.
Именно поэтому все трое излучали серьёзный уровень тревоги, постоянно оглядывались по сторонам, и были на таком взводе, что едва не обратили в кровавую пыль пару студентов, что случайно с нами столкнулись. Единственный, кто был искренне рад нашему походу в университет — Ровер. Пёс носился туда-сюда по коридорам, обнюхивал каждый угол и, кажется, искренне наслаждался ощущением нового места. Да ещё и столь насыщенного разнообразными оттенками энергии.
Когда мы оказались около спуска вниз, он и вовсе метнулся по ступеням, желая первым добраться до цели и то ли попытаться её вскрыть, то ли обнюхать, то ли «пометить». Развив при этом такую скорость, что остановить его я успел только через пару пролётов.
