От резкого яркого света Лнтаврус на секунду потерял зрение – лучи, испускаемые зажженными факелами, били по чувствительным глазам вампира, до этого пребывавшего в абсолютной темноте.
Наемник был абсолютно беспомощен. Он застыл, словно статуя, по интуиции подавшись спиной чуть назад, вскинув перед грудью меч на случай неожиданного удара и приготовив к броску зажатый в отведенной назад руке нож. Но человек-тень не нападал. Он ждал.
Когда через секунду его глаза адаптировались к свету многочисленных факелов, висевших на стенах, Никс получил-таки возможность вблизи рассмотреть своего врага.
Огромный воин, скрывавшийся под обликом человека-тени, выдерживал паузу, позволяя Летаврусу внимательно себя разглядеть.
Перед Никсалордом стоял пятиметровый гигант с серо-зеленой кожей, под которой перекатывались валики крепких мышц. Вся нижняя часть тела от пояса и ниже была закрыта матовыми пластинами древних доспехов. Наколенники, пояс и пластинчатые щитки, закрывающие бедра и голени, витиеватой змейкой бежали странные символы, отдельные из которых временами вспыхивали темно-алым цветом. Вампир в Никсе всем своим существом почувствовал исходящую от доспехов магическую силу. Больше у наемника не вызывали вопросов безрезультатные атаки по ногам, защищенным этими пластинами. Такой материал нельзя было поразить обычным оружием. Торс странного воина был практически обнажен за исключением верхней части и плеч, защищенных странными белыми пластинами, источавшими легкий запах смерти. Чуткий нюх ночного охотника безошибочно распознал в странном материале кость. Костяные пластины не крепились к телу воина никакими тесьмами или цепями – они просто намертво вросли в тело воина, став его частью. На каждой из трех пластин было выгравировано изображение распахнутого волчьего лика. Горящие голубым светом глаза увековеченных в кости зверей и постоянно изменяющиеся контуры гравировки подтвердили догадку Никса о том, что именно с помощью этих магических артефактов человек-тень превращал всех своих жертв в оборотней и затем повелевал ими, контролируя их действия и сознание.
Лишенный всякой растительности треугольный череп, сплошь покрытый чешуей, покоился на валунообразных плечах воина. Темя и затылок увенчаны остро торчащими рогами, – Летаврус насчитал всего шестнадцать – каждый из которых был размером с хороший нож.
Узенькие щелки глаз, светящиеся голубым светом, тоже не отрывали своего внимания от Никса, в свою очередь, изучая его.
Вдавленный в череп нос глубоко втянул в себя воздух, человек-тень приподнял верхнюю губу, обнажая вторую пару выступающих вперед клыков.
Еще мелкие, но острые молодые клыки прорезались рядом со старыми клыками, торчащими из большого рта словно сабли.
– Меня еще никто не мог ранить в честном поединке. – Только теперь Никс обратил внимание на глубокий порез чуть выше ребер, из которого серо-зеленую кожу омывала красная жидкость.
Перед Никсом стоял такой же вампир, как и он, только намного старше, возможно, на пару сотен лет.
– Кто ты? – Летаврус из вежливости спросил имя своего возможного убийцы или потенциальной жертвы.
До этого проявлявший свои светские манеры, человек-тень в этот раз смолчал, ответив Летаврусу коротким выпадом огромной секиры.
Уроки Кантра требовали от Летавруса оборонительных действий – ведь противник был заведомо сильнее его и имел более мощное оружие, но затем Никс должен был немедленно контратаковать, а единственное место, куда мог направить свою атаку наемник, были ноги человека-тени. Ноги, защищенные крепкой броней, которую не пробить обычной сталью.
Именно в свете данных обстоятельств Летаврус в последний момент подпрыгнул, поджав под себя ноги и пропуская смертоносное лезвие секиры в сантиметрах под своим телом, а сам в это время нанес рубящий удар сверху вниз прямо по запястью серо-зеленой руки, сжимавшей древко секиры.
Тяжелый двуручный меч смог прорубить задубевшую кожу гиганта и погрузить свое лезвие на три сантиметра внутрь руки. Из пореза брызнула алая струйка крови, но древний, как сам замок Мудрахана, гигант не издал ни звука. Его руки только с удвоенной силой продолжали вращать оружие, целясь в дерзкого молодого мальчишку.
Однако Никсалорд уже знал слабое место своего противника. Взятый им впопыхах двуручный меч благодаря своему длинному лезвию точно назойливый комар порхал перед торсом гиганта, но тот оказался достойным дуэлянтом, и его секира все время находила меч Летавруса, блокируя его удары.
Никс был ниже ростом, но превосходил гиганта в скорости. Но все же четкие движения вампира-гиганта топором и огромная сила удара неумолимо оттесняли Летавруса в глубь зала, где было много всякой мебели и посторонних предметов интерьера, грозивших в самый неподходящий момент попасть под ноги и послужить началом конца жизненного пути молодого Стража Леса. Попадавшиеся под ноги пуфики, обитые бархатом, Летаврус поддевал ногами и направлял их точно в голову гиганта, чья секира в одно движение разрубала дорогую мебель.
