Улучив момент, наемник увернулся от очередного удара и метнул ставший в таком поединке почти бесполезным охотничий нож прямо в лицо гиганта.
Холодные глаза зло сверкали голубизной, но сделать гигант ничего не мог – секира была слишком далеко, да и меч Летавруса мешал поставить эффектную блокировку. Острие ножа угодило точно между двух светившихся голубизной щелочек, неглубоко погрузившись в череп и застряв в нем.
Гигант отвлекся от поединка, сморщившись от неожиданного исхода броска, но при этом человек-тень все еще был жив и спокойно смотрел на Никса. Очевидно, в пылу битвы гигант забыл об охотничьем ноже и не ожидал броска.
У Никса появился отличный шанс для завершения боя. Летаврус прижал своей ногой древко секиры к полу, мешая гиганту поднять ее. Ловко прыгнув вперед и вверх и выставив перед собой меч, Летаврус почти достал до горла гиганта, когда человек-тень с грохотом отшвырнул свою секиру и двумя своими ручищами зажал руку наемника.
Захватив ее между плечом и локтем, едва не прорвав мясо и разорвав мышцы, когти гиганта добрались почти до самых костей руки Летавруса. Никс был уверен в своей скорости и быстроте реакции, но этот противник был явно быстрее. Очевидно, у вампиров с возрастом сила и скорость только возрастали, но Летаврусу сейчас было не до размышлений. Его пальцы до боли сжимали рукоять меча, все еще стараясь продвинуть вперед острие на те полсантиметра, что отделяли оружие Никса от горла гиганта.
– Признаюсь, – вампир-гигант все еще косился на торчавший изо лба охотничий нож, – из меня всегда был средний фехтовальщик.
«Скорее уж мечник или алебардист», – Никс хотел поправить несоответствие, но слова застревали у него в горле.
– А вот тебе следовало быть чуть посильнее, – серо-зеленая морда гиганта расплылась в жестокой ухмылке.
Никс понял, что сейчас сделает гигант, и изо всех сил напряг руку, захваченную в ловушку из крепких мышц.
Все тело наемника напряглось, как струна. Свободной рукой Никс обхватил локоть гиганта и принялся сдавливать его с максимальным усилием. Наемник надеялся раздробить врагу локоть, но гигант только рассмеялся. Волчьи морды, вырисовавшиеся на костяных пластинах, сразу ожили и принялись громко лаять, словно живые псы, подбадривая своего обладателя и поздравляя его с победой.
Под звуки магических артефактов лицо гиганта начало подвергаться изменениям: серо-зеленую маску натянули сильно выдавшиеся вперед скулы и удлиняющаяся челюсть. Нос также начал вытягиваться вперед, но внезапно трансформация прекратилась. Что-то не давало гиганту возможности для полного перевоплощения в короля оборотней.
Валунообразные валики мышц волной прокатились под серо-зеленой кожей.
Звонко щелкнула костная ткань.
Никс хотел закричать, когда чужая сила ломала ему кости и хрящи локтя и плеча. Гигант-вампир, поймавший наемника в ловушку, одним движением лишил того правой руки, переломив плечевую кость. Летаврус беспомощно обвис на руках гиганта, держась за него левой рукой. Летаврус даже не обратил внимания и не почувствовал удар локтя, которым гигант щедро наградил его, едва не выбив зубы.
Немыслимый приступ боли погасил в наемнике последние остатки воли к сопротивлению.
Страж Леса молча скрипел зубами, когда кулак гиганта молотил его по лицу, в то время как другой рукой человек-тень сдавливал его плечо, вызывая еще больше страданий. Память Никса не зафиксировала, после какого по счету удара гигант отшвырнул его от себя, словно тряпичную куклу.
«Кажется, удача мне изменила», – пронеслась в голове Никсалорда предательская мысль. Но что-то намекало ему на то, что он еще жив.
Только скрипучая на зубах пыль и едкая известка подсказали Летаврусу, что его тело лежит на полу. Во второй по счету раз за одну ночь наемника посылали в сокрушительный нокаут. Никса спасло только то, что физиологически организм вампира был крепче человеческого. Вампир. Ненавистное создание, спасшее человеческую жизнь вот уже пятый раз за одну ночь. Ночь настоящих кошмаров.
«Интересно, – Никс задумался, когда собирался с силами, поскольку был все еще жив и сдаваться не собирался, – а знает ли Белвар о его приключениях в этом городишке?»
Никс уже не думал об Ариниусе – Главе Ложи Магов Природы из Большого Совета Магии в столице королевства. Хотя, вспоминая свое расставание с магом, Летаврус сделал вывод, что Ариниус был с ним почти честен – тогда маг категорически отказался пожать ему руку, толком не объяснив своего поведения.
Через кровавую пелену сознание наемника пронзил отвратительными интонациями громкий свистящий звук, эхом отдававшийся внутри разбитой головы, рождая страшную вибрацию, бьющую по разъеденному болью разуму. Словно сумасшедший кузнец своим молотом отчаянно хотел пробить гранитную стену.
Где-то рядом послышался одинокий писк, иголкой пронзавший ментальную молотобойку страшной какофонии звуков.
Тут же обостренный нюх ночного охотника уловил запах жизни. Жизни маленькой, жалкой, паразитной и хищной.
