На какой-то миг весь мир вокруг нее перестал существовать, она утонула в огне и страсти поцелуя – пока Лукас, задыхаясь, не оторвал голову от нее. Он пару раз глубоко вдохнул, затем встретился с ней глазами.
– Я бы сказал, ты получила доказательство. Холодная и бесчувственная, конечно, кого ты пытаешься обмануть?
– Нет, только… я, наверное, ошибалась. – Она с трудом могла соображать и говорить целыми предложениями. Они все еще стояли, прижавшись друг к другу, и она могла чувствовать реакцию его тела. Испуганная и очарованная одновременно, она прильнула к нему. – А ты? Ты что ощущаешь?
– Я? – Он, казалось, хотел немного разрядить обстановку, потому что дернул ее игриво за один из локонов. – Учитывая то, что ты теперь не совсем уж так неопытна, ты явно смогла представить, что я чувствую.
Как ни странно, но с этим поцелуем к ней вернулась отвага, и она даже смогла быть способной на крошечную улыбку, хотя сердце от возбуждения все еще колотилось где-то у нее в глотке.
– А для тебя это было так же, как… со всеми теми женщинами?
Его брови изумленно поползли вверх, затем он ухмыльнулся.
– Их было не так много, как ты, возможно, думаешь. Но, чтобы ответить на твой вопрос… – Он с нежностью прикоснулся ладонью к ее щеке. – С тобой это по-другому. Я никогда не испытывал ничего подобного. Я люблю тебя. Это для меня так внове, что я еще сам всего не осознал. Если… – Он замолчал в нерешительности.
Она прижалась лицом к его руке.
– Что ты хотел сказать?
– Нет, это неправильно. – Он стал очень серьезным. – Я не могу тебя просить об этом до того, пока ты не приняла решения.
– О чем просить? – Затаив дыхание, она пробовала разгадать выражение его лица.
– Я очень бы хотел… быть для тебя кем-то намного большим. Не только твоим другом, и, клянусь Богом, я уверен в том, что эту роль я никогда не исполнил по-настоящему правильно. – Он сглотнул. – Я хочу тебя, Мадлен, я хочу быть вместе с тобой. Не только сегодня. Но если ты этого не хочешь так же…
Теплое ощущение счастья наполнило ее, смешавшись с диким биением сердца. Как долго она тайно мечтала услышать от него эти слова? Как сильно она старалась обмануть саму себя в этом желании? Как она могла еще сомневаться, что правильно, а что нет? Лукас стоял перед ней, он любил ее – и она любила его. Любила его так сильно, что даже было больно.
– Я тоже хочу этого, Лукас. – Эти слова дались ей совсем не трудно. – Я хочу быть вместе с тобой. Не только сегодня… Я скажу об этом Петеру. Очень скоро. Думать об этом больно, однако… Это нужно сделать. – Она полной грудью вдохнула холодный ночной воздух. – Я разорву помолвку.
– Мадлен. – Казалось, Лукасу не хватает слов, но его взгляд сказал ей намного больше, чем могли бы выразить все слова на свете.
Их губы нашли друг друга для нежного поцелуя, который снова заставил ее сердце стучать изо всех сил и разбудил в ней глубокое, почти болезненное желание. Когда страсть снова охватила обоих, она чуть отстранила голову.
– А что теперь? – Ей вмиг стало так понятно, о чем она мечтала, чего жаждала, но произнести это не осмелилась.
Он слегка улыбнулся, прочитав, похоже, ее мысли, подбирая правильные слова.
– Я ни к чему не хочу принуждать тебя, Мадлен. Видит Бог, то, что сейчас здесь произошло, это намного большее, чем я смел надеяться. – Он очень нежно прикоснулся губами к уголку ее рта. – Я… я не представляю себе, как могу отпустить тебя в эту ночь. Не поцеловать тебя еще раз сегодня ночью…
И снова в животе у нее ожило это дикое трепетание, и горячая дрожь пробежала по всему ее телу.
– Ужасно холодно и неуютно здесь, на улице, посреди города.
– Мой дом недалеко отсюда. Мать и Тони уехали к моей тетке в Дрес. А Геринк ночует в конюшне возле лошадей.
Мадлен сглотнула, слегка занервничав. Или в ожидании?
– Это ты хорошо все придумал.
– Нет. Правда, нет. Скажи одно только слово и я отведу тебя снова домой.
Она хотела этого? Она хотела, чтобы вечер сейчас закончился? Ее сердце ответило более чем однозначно.
– К восходу солнца я должна быть дома.
Лаская глазами стоящую перед ним в его спальне Мадлен, Лукас вдруг понял, что таким счастливым и вместе с тем растерянным он еще не чувствовал себя никогда в жизни. С одной стороны, он не мог до конца осознать того счастья, что она согласилась провести эту ночь с ним, с другой же, он все задавался вопросом, как ему, черт побери, справиться с ураганом чувств, бушевавшим у него внутри. И как далеко им предстоит зайти. Хотя у Мадлен уже и был первый опыт близости со своим женихом, однако судя по тому, что он от нее услышал, ей была абсолютно неведома та страсть, которая могла бы вспыхнуть между мужчиной и женщиной. О боже, да он и сам, похоже, не совсем уверен, знает ли об этом все. Она разбудила в нем совершенно новые чувства.
