Иллюзия, видная лишь ей и королю, получилась плохо: темные волосы лежат ровно как шлем, кожа по-девичьи гладкая. Да и поправку на возраст Сивилла не сделала. Боги знают, как выглядит Риан сейчас, через шесть лет!
— Королю нужен покой, — встрял лекарь, озабоченно нахмурив брови. — Он уже объявил свою волю.
Понятливый. Может, оставить его в живых…
Советники загомонили, кто-то похлопал Тириана по плечу.
— Покажи свои крылья! — вдруг отчетливо произнес король, приподнявшись на подушках. — Риан, покажи легендарный аркан!
В покоях повисла гнетущая тишина.
— Все вон! — потребовала Сивилла. — Дайте мне побыть с моим возлюбленным мужем! О, Альфред, дорогой, только не умирай…
Она опустилась на край кровати, твердо намереваясь придушить короля подушкой, если сам не откинется.
— Крылья? — переспросил Луциан, склонившись через нее, и непочтительно потряс короля за плечо. — Альфред! Ты назвал наследником старшего сына? Альфред, повтори!
Сивилла стиснула зубы так, что те заскрипели, но король лишь мычал и закатывал глаза. А вскоре все кончилось. Наконец-то. Луциан разочарованно выдохнул, советники зашептались, а кто-то фальшиво всхлипнул. Впрочем, горе могло оказаться искренним: Альфред был удобным королем, не только она им вертела.
Сивилла склонилась над мужем и поцеловала воздух над его лбом.
— Предлагаю провести совет немедля, — буркнул Луциан из-за ее спины.
— Разумеется, — ответила Сивилла.
Встав, она подошла к Тириану, смяла остатки иллюзии, возвращая ему привычный облик. На золотых локонах будет дивно смотреться корона.
— Твой отец умер, — произнесла Сивилла. — Теперь ты король.
Вив уснула в его постели. Устроила голову на плече, уткнулась носом в шею, пушистые волосы лезли в глаза, но Элай их не убирал, наслаждаясь целой гаммой ощущений: теплое дыхание на его коже, мягкость локона, щекочущего лицо, упругость груди, вжимающейся в его бок, и ровное биение сердца. Он лежал и старался не шевелиться, растворяясь в драгоценных прикосновениях.
Даже новость о смерти Ингрид как-то померкла, хотя это навсегда останется темным пятном на его совести: не досмотрел, не справился. Поначалу Элай решил, что кто-то сделал это с Ингрид, но капитан показал ему тело — никаких следов борьбы, а уж Ингрид умела дать отпор. К тому же ее нашли по крикам, и какое-то время она еще была жива… К счастью, ее мучения длились не долго.
Вив вздохнула, положила руку ему на грудь, и сердце под ее ладонью забилось быстрее.
Шесть лет назад его приговорили к мучительной смерти, но он уцелел. Долгое время жил по инерции, ни на что не надеясь, но Вив взошла солнышком над его безотрадной жизнью, осветив ее до самого горизонта и наполнив смыслом. Элай и раньше планировал переворот, но теперь ставки выросли. Победа нужна позарез, а иначе Вив будет в опасности.
Увы, сторонников пока мало, несмотря на старания Вереса. Люди верны королю, пусть его решения не всегда дальновидны. Драконы все чаще становятся объектом престижа: им связывают крылья, надевают ошейники и держат у замков как цепных собак. А тем временем красноперые собирают кланы и готовятся к настоящей войне.
Надо связаться с Мареска. Узнать, как там отец. Может, выбить встречу, пока что без Вив. Но перед этим окольцевать ее и привязать к себе посильнее. Что же такого сделать, чтобы она ответила «да»? Может, сочинить еще одну песню? Нарисовать портрет? Танцы ей тоже вроде понравились, а ему так вообще…
Мысли потекли в другом направлении, и Элай, повернув голову, вдохнул запах ее волос. Все донельзя целомудренно: они даже не разделись. Элай обещал — ничего такого, а слово не воробей и не ворона, которая запрыгнула на подоконник и, повернув носатую голову, уставилась на него блестящей бусинкой глаза. Клюнула в стекло, и Элай махнул свободной рукой.
— Кыш, — шепнул он. — Уходи.
А потом это случилось опять: пальцы болезненно зачесались, кости заныли все разом, по позвоночнику прокатилась волна жара, а в животе закрутился огонь, грозясь захлестнуть его с головой и вгрызться в каждую клеточку тела.
Только не сейчас!
Элай попытался высвободить руку, отодвинуться от Вивианы, сползти на пол, привычно вцепиться зубами в ковер и молиться, чтобы она не проснулась, не услышала, не испугалась… Вив недовольно вздохнула во сне, заворочалась и закинула на Элая ногу. Он замер, на миг растерявшись, а горячая волна вдруг медленно схлынула, оставляя его в покое. Как будто дракон, передумав, скрылся назад в пещере, решив пощадить свою жертву.
Отдышавшись, Элай вытер ладонью взопревший лоб, прислушался к ощущениям в теле — пустота, легкость, никакой боли, а после провалился в глубокий спокойный сон. А когда он проснулся, свет уже лился в окно, и Вив по-прежнему была рядом. Теплая, маленькая, она свернулась рыжим котенком под боком и тихонько спала. Но, будто почуяв его взгляд, потянулась и приоткрыла золотые ресницы. Сейчас ее глаза были светло-зелеными, как поверхность лесного пруда ясным солнечным днем. Сонно улыбнувшись, Вив подвинулась ближе и легонько коснулась губами щеки.
