Мужество еврейских девушек-воинов, чьи дела выходили за рамки привычных партизанских действий, наполняло гордостью сердца еврейских бойцов и высоко ценилось в штабе бригады и соседних отрядах. Капитан Алеко, командир соседней с еврейскими подразделениями спецгруппы парашютистов, предложил еврейскому командованию совместно провести в городе крупную диверсию. У парашютистов в то время имелось много взрывчатки, но осуществить операцию сами они были не в состоянии и поэтому попросили еврейское командование выделить в их распоряжение несколько девушек-партизанок. Идея была заманчивой: провести диверсию в самом центре немецкого Вильнюса, где почти нет евреев, — что могло быть ближе сердцу еврейского партизана-виленца? Одно условие штаб, однако, поставил: операция должна быть самостоятельной, и мины обеспечат парашютисты. Капитан Алеко согласился. Он понимал, что в данных условиях никто, кроме евреев, не возьмется за такую опасную операцию.
В канун Судного дня из лагеря вышли Витка Кемпнер, Хая Шапиро, Матитьяху (Матис) Левин и Исраэль Розов, держа путь на Вильнюс. В чемодане у Витки были спрятаны магнитные мины с часовым механизмом. Задача группы состояла в повреждении городской электросети и системы водоснабжения. Через два дня все четверо пришли в Вильнюс. Тут оказалось, что городское подполье не позаботилось ни о месте ночлега, ни о квартире для подготовки и выхода на операцию. Не имея другого выбора, они отправились в «Кайлис», хотя знали, что это может поставить под угрозу и людей, и боевую задачу. К их счастью, среди полицейских, охранявших ворота «Кайлиса», было несколько членов ЭФПЕО.
В тот вечер состоялась встреча с Соней Медайскер. Она сообщила, что организована группа, дожидающаяся отправки в лес. Партизанам было поручено проводить ее после диверсии на базу.
В течение дня оба бойца и Хая Шапиро оставались в «Кайлисе». Витка Кемпнер вышла в город, чтобы окончательно определить, какие объекты взрывать. Необходимо было в тот же вечер совершить диверсию и возвратиться в лес, чтобы не навлечь беду на людей «Кайлиса» или на городское подполье.
К вечеру бойцы покинули «Кайлис» и на улицах города смешались с толпами гуляющих. Для маршрута были намеренно выбраны самые оживленные места и центральные бульвары. Витка прошагала в паре с литовским юношей-подпольщиком, присланным Соней, по улицам Ожешкова, Малиновской, Зигмунтовской. Хая Шапиро со своим литовским «кавалером» повернула на улицу Субочь. Гуляя, парочки приблизились к трансформаторам. Тут литовские «кавалеры» отошли на некоторое расстояние от своих «дам». Остовы трансформаторов были покрыты краской, магнитные мины не притягивало к железу. Девушкам пришлось сцарапывать краску ногтями на виду у разгуливающих немцев и эсэсовцев. Витка прикрепила мины к трем трансформаторам, Хая Шапиро — к одному.
Оба парня — Матис Левин, водопроводчик, хорошо ориентировавшийся в системе городского водоснабжения, и Исраэль Розов отправились в другую часть города. Смешавшись с прохожими, они добрались до люка шахты подземного магистрального водопровода. Люк находился на середине мостовой. Левину и Розову удалось спуститься вниз и затворить за собой чугунную крышку. Перед ними оказался целый переплет труб, который они и заминировали. Незамеченными бойцы улизнули из шахты и закрыли люк.
Группа подрывников с жадным нетерпением ждала результатов операции. Спустя несколько часов в разных местах города прогремели сильные взрывы, и Вильнюс погрузился во мрак. Город оказался отрезанным от источников электро- и водоснабжения. На улицах воцарились испуг и паника.
К этому моменту обе партизанки находились уже за городом в перелеске, а с ними — шестьдесят человек, готовых к походу в лес.
В группе было много неорганизованных людей, примкнувших в последние часы, когда стало известно о возможности выбраться из города. Все вооружение группы состояло из нескольких пистолетов. Среди шестидесяти было много женщин и мало бойцов.
Люди нервничали от долгого ожидания. Назначенный проводник все не являлся, а всякая проволочка в этом опасном месте, на близком расстоянии от города, где только что была проведена диверсионная операция, была чревата бедой. Витка отправилась на поиски проводника. После долгих розысков он нашелся — тот самый Ромек, что уже не раз доставлял группы евреев в лес. На сей раз его пришлось долго уговаривать, прежде чем он согласился вести столь большую и невооруженную группу по маршруту с бесчисленными немецкими заставами.
Путь по болотам, нелегкий и для опытных партизан, был крайне тяжел для горожан. Люди теряли силы, и не раз приходилось останавливаться. Под конец некоторых пришлось посадить на телегу с вещами и везти. Поход затянулся.
А когда совершенно обессиленные люди подошли к лесам, их ждал новый сюрприз.
