Как только ее рука оказалась на свободе, она с такой силой опустила кулак Элдреду на голову, что тот закачался. Однако двое других уже крепко держали ее. Элдред был вне себя от злости. Гнев исказил его красивое лицо, и он выглядел отвратительно.
— Ты мне за это заплатишь, мерзавка, — пообещал он. — В качестве цены я потребую твою жизнь, но лишь после того, как вдоволь позабавлюсь с тобой.
— Ну хватит, довольно!
Все разом обернулись и увидели Альдена, который спешил к ним вслед за Эдой. Кристен готова была расцеловать старуху за то, что она привела помощь, пусть даже в лице Альдена.
— Не вмешивайся, Альден, — предупредил Элдред. — Эта девка меня ударила.
— Неужели? Ну что ж, это неудивительно, ведь это необычная девушка.
Альден прошел мимо них к стене, на которой висело кольцо, державшее цепь Кристен. Он поставил острие своего меча на это кольцо.
— Как ты думаешь, Элдред, почему ее держат на цепях? Элдред не стал вдаваться в подробности.
— Я предупреждаю тебя, Альден. Она моя.
— Да, — присоединился к нему Рендвульф. — И моя тоже.
— Ты что, будешь сражаться с нами тремя? — спросил Элдред с усмешкой.
— Я? — переспросил Альден с наигранным удивлением. — В этом нет необходимости. Эта девушка сама умеет постоять за себя и делает это великолепно. И справедливости ради ей следует предоставить такую возможность.
Прежде чем до них дошло, что он собирается сделать, Альден острием меча вырвал цепь из стены. Мужчины не придали этому значения. Они все еще смотрели на Альдена, стоявшего с обнаженным мечом в нескольких метрах от них. Поэтому Рендвульф был застигнут врасплох, когда Кристен вырвала у него свою руку и наклонилась, чтобы поднять цепь.
Третий мужчина, поняв, какое теперь оружие у девушки, поспешил сам отпустить ее руку. Кристен, размахивая свободным концом цепи над головой, заставила мужчин отступить. Теперь они не могли приблизиться к ней, не рискуя получить удар по голове.
Рендвульф все же отважился на это, полагая, что сможет перехватить цепь и подтащить девушку к себе, так как другой конец цепи все еще сковывал ее ноги. Он знал, что удар цепью достаточно болезненен и может повредить мягкие ткани, но совершенно не был готов к тому, что цепь проскочит мимо его поднятой руки и ударит по грудной клетке.
Раздался хруст сломанного ребра. Жуткая боль заглушила Рендвульфу звук удара. Ему казалось, что кожа его лопнула, и боль проникла до самого мозга. Ему было так плохо, что, почти теряя от боли сознание, он с криком катался по полу.
Кристен не испытывала не малейших угрызений совести. Она была готова в случае необходимости повторить свой удар. Элдред первым осознал ее решимость и предостерег остальных. Но он не смирился с поражением и, обращаясь к Альдену, сказал:
— Не тешь себя иллюзиями. Король обо всем узнает. Он прислал нас сюда с тем, чтобы мы…
— Чтобы бы надругались над рабынями моего кузена? Я не думаю, что король будет в восторге. А на твоем месте, Элдред, я бы лучше побеспокоился о том, что с тобой сделает Ройс, а не о том, что сделает или чего не сделает король.
— Она ранила человека. За это она должна заплатить.
— Мой кузен заплатит штраф.
Элдред скрипнул от злости зубами и удалился, чтобы охладить свой пыл на улице. Он предоставил своему спутнику позаботится о Рендвульфе.
Когда все трое удалились из зала, Кристен почувствовала, что напряжение, в котором она находилась все это время, ослабело. Тогда она обернулась к Альдену. Цепь была у нее в руках, однако она все еще не решалась бросить ее на пол.
Альден, посмотрев ей в глаза, прочитал ее мысли.
— Ты смогла бы поднять цепь и на меня, девочка? Даже после того, как я пришел тебе на помощь?
— Я тебя об этом не просила.
— Но моя помощь тебе очень пригодилась.
После короткой внутренней борьбы она вынуждена была это признать и кивнула в знак согласия. Потом она бросила цепь на пол, давая ему понять, что не воспользуется ею против него.
— И все же того, что ты тогда сделал, я никогда не смогу тебе простить.
Альден со вздохом сказал:
— Я знаю и, поверь мне, очень сожалею.
Кристен повернулась к нему спиной.
Женщины постепенно возвращались в зал, но никто и словом не обмолвился о происшедшем, и, казалось, никто не заметил того, что Кристен передвигается теперь более свободно. Однако не все имели возможность обратить на это внимание, потому что подготовка к приему гостей шла полным ходом. У Кристен самой не было времени как следует поразмыслить над всем, что произошло. Повесив длинный конец цепи на пояс своего платья, чтобы он не гремел во время ходьбы, она занялась своей работой.
Не прошло, однако, и часа, как снова чьи-то руки обняли ее сзади и нежно прижали к себе. На какой-то момент Кристен охватила паника, но это было ничто в сравнении с яростью, нахлынувшей на нее при мысли, что они снова посмели приблизиться к ней. На этот раз все слуги были в зале, и даже леди Даррелл смотрела на все происходящее, нахмурив лоб.
— С тобой все в порядке?
