Виктор во второй раз забрался на танк и наклонился к люку — оттуда протянули наушники с большими мягкими амбушюрами. Голос в наушниках, срываясь, частил по-немецки:
— На территорию прорвались танки. Говорит командирский бункер! Повторяю для всего персонала, на территории вражеские танки! («Своя своих не познаша» — подумал Виктор) Есть убитые и раненые, десант противника прорвал оборону! Согласно приказу рейхсфюрера, через сорок минут объект будет взорван! Всем покинуть периметр по плану эвакуации! Не создавайте пробок! Всем покинуть объект…
Он сдернул наушники и прыгнул прямо с двухметровой высоты. Усталость и апатия исчезли, смытые адреналиновой волной.
— Они собираются взорвать все к…
— Я понял, — отозвался Уэйн. Он поправил автомат за спиной.
— Джи, ты помнишь, где командирский бункер?
— Примерно.
— Я зато помню. Я пошел туда. Иначе погрузить не успеем. (Чтобы холера съела еще и этих детей!)
— Так и я с тобой прогуляюсь, Вик.
— А нога?
Вместо ответа Джек притопнул. Бедро полоснула боль, но он сохранил каменное лицо, молясь, чтобы нелюдь не прочел его мысли.
Клер посмотрела на обоих и негромко произнесла:
— Будь я проклята, если не пойду с вами. — И достала пистолет. Спорить с ней времени не оставалось. Желания тоже.
Такие моменты трудно запоминаются. У Виктора осталось в памяти только, как Уэйн, припав на колено, меняет магазин дымящегося автомата, а повязка на ноге намокает багровым из открывшейся раны.
Двумя брусками тола и неуклюжими немецкими ручными гранатами на длинных деревянных ручках они подорвали запертые двери и побежали по извилистым коридорам вслед за Виктором под тусклым светом обреченных лампочек.
Перед аппендиксом с последней дверью (грозная таблица предостерегала «Только для командного состава!») Уэйн свинтил с ручки последней гранаты колпачок, подхватил выпавший шарик на тросике, вырвал терку и швырнул гранату за угол. Мощная ударная волна подняла тучу строительной пыли — дверь вылетела.
Опоздали. Никого в низком подвале, и только изуродованные обломки пультов с торчащей проводкой — похоже, уходя сюда бросили несколько гранат. На стене остался плакат с бравым гренадером перед знаменем. А повыше — бело-черно-красный щит (будь он проклят!) и девиз:
«Судьба побеждать!»
— Да в жопу такую судь… — начал Джек, плюнув предварительно на пол.
— Стоп! Наверняка есть запасной бункер! — русский выкинул руку ладонью вверх, словно давал присягу. Клер шумно дышала, привалившись к стене и держа пистолет обеими руками вниз глушителем.
Глаза нечеловека ртутно замерцали, кожа обтянула щеки, будто бы он превращал в энергию собственное тело, а может, так и было. Он повернулся вокруг оси и вытянул палец — туда!
После чего подошел к стене и провел рукой сверху вниз — с тихим рокотом прямоугольный кусок ушел вглубь и отодвинулся.
— Ну что, я хорош?! — Виктор сделал приглашающий жест — Прошу!
Коридор совсем узенький, несколько металлических лестниц вниз. Лампы явно потускнели. Прошло около пятнадцати минут срока.
Один Всевышний ведает, как, но Виктор прощелкал клювом — может, слишком большая нагрузка затупила его способности. Он не подал сигнал опасности, когда из-за поворота вылетела граната, но тело знало все само. Он развернулся и швырнул девушку на пол, наваливаясь сверху, когда грохнуло.
Несколько секунд он ничего не соображал, уткнувшись носом и подбородком в пахнущие дымом волосы Клер. Не поручусь за истину, но то ли мысленно, то ли ухом Виктор услышал «спасибо».
Он поднял голову, смутно понимая, что из ноздрей течет горячее — и успел увидеть, как опускается красная плита поперек прохода. Кто-то включил противопожарный механизм, и Джек остался там, на той стороне. За дверью ударили выстрелы.
Виктор вытер верхнюю губу рукавом — некогда усилием воли останавливать кровь.
— Все нормально, — произнесла Клер. — Со мной все нормально.
Он прижался щекой к металлу двери и постарался сосредоточиться. Мысленно послал вопрос:
— Джеки, что там, ты живой?
— Там был один полудурок. Больше не рыпается, пришлось пристрелить. Вы не сможете ее открыть. Похоже, меня чуть-чуть зацепило — не помру.
— Черт…
— Тут и граната не справится. Вам надо сваливать отсюда. Я дальше сам.
— …
— У тебя же есть карта в голове?
— Ну.
— Вик, других проходов ко мне нет, так что двигай отсюда, ты найдешь дорогу. Ты уже все сделал, все что надо. Тебя хорошо учили выжить. И спаси девчонку — она ж тут вовсе не при чем. А то я с тебя спрошу на том свете. Теперь спасибо и прощай.
— Ты тоже… тебе тоже, Джеки. — Глаза защипало впервые за неведомо сколько времени.
— Ты что — умеешь управлять?
— К чорту управлять, лишь бы поднять и убраться отсюда. Я смогу. А то тут скоро будет вся армия Германии.
— А они?
— «Пантеры» ушли. Я давно понял. Теперь я им помочь не могу, пускай сами…
