Кэр замолчал, давая людям время осознать услышанное. Он отлично понимал, что насильно заставлять кого-то прислушаться к его словам — глупо, а в одиночку даже не стоило пытаться пробиться.
Ход размышлений подтолкнул повторившийся скрежет. На этот раз он звучал с разных сторон. Холл, в котором находились беженцы, имел несколько, сейчас заваленных, дверей. И почти из-за каждой слышались не предвещающие ничего хорошего звуки.
— От нас мало толку, но мы готовы, — нарушила молчание Марна. Она поддерживала под руку Эльзу.
Кэр понятия не имел, что она наговорила девчонке, но выглядела та однозначно лучше, чем в самом начале. Лицо по-прежнему белое, но глаза ожили, из них исчезло тупое отрешённое выражение. Рядом, с Ани на руках, стояла Дезире.
Эрсати снисходительно улыбнулся.
— Я слышал, как кричал Винс. Слышал, как его рвали заживо. И потому не хочу на его место… — прозвучал голос Кларка — глухой, как никогда. — Так кого ждём?
Бегство, или, как сказал Кэр, — прорыв, слился для Дезире в один стремительный кошмар. Когда мужчины раскидали наспех возведённые баррикады и распахнули двери, ей показалось, что небо вот-вот рухнет им на головы. Одновременно прозвучавшие выстрелы перекрыли все звуки, оставив после себя долгой протяжный звон в ушах.
Девушка прижимала к себе Ани, старалась закрыть ей глаза, а в моменты относительной тишины сказать хотя бы пару успокаивающих слов. Малышка держалась молодцом — не плакала, не пыталась вырваться, лишь вздрагивала каждый раз, когда рядом раздавался очередной выстрел или кто-то кричал особенно громко.
Сама Дезире не могла отстреливаться и потому держалась в ощетинившемся кругу, извергающимся пламя. Люди пытались двигаться слаженно — плечом к плечу, не оставляя брешей. Но не всегда это получалось.
Если бы не луна, то прорыв мог закончиться, даже не начавшись. Свет фонарей не был способен выхватить из ночи распластанных на земле существ. Некоторые из них постоянно перемещались и атаковали. Другие же действовали более разумно: они оценивали траекторию движения спасающейся группы и прятались на её пути. Выпрыгивая из-под самых ног, твари мёртвой хваткой впивались в руки и ноги людей.
Больше всего нападавшие походили на рептилий. Передвигались на четырёх конечностях, причём задние были длиннее и мощнее передних, что позволяло их обладателям весьма далеко прыгать. Короткие пальцы венчали серповидные когти. Яркую, огненно-красную кожу местами покрывала отливающая жёлтым чешуя. С вытянутой приплюснутой морды, всей не то в складках, не то в морщинах, — смотрели немигающие глаза. Твари были вымазаны в какой-то отталкивающей смеси из земли и слизи. Некоторые успели покрыться кровью.
Дезире с ужасом наблюдала, как из казалось бы абсолютной пустоты появляется ощеренная морда. Беззвучный бросок и громкое шипение настигшего жертву хищника. Неизменный крик боли. Именно так таяли ряды и без того обескровленной общины. Люди падали или замедляли шаг, становясь одиночными целями для охоты. А одиночки этой ночью шансов не имели.
На этот раз Хилки не остался без дела. Дезире слышала россказни, которые уже успели обрасти домыслами, о том, как старик на заводе в одиночку расправился с кучей многоножек. Слышала, но не очень им верила. Не могла представить этого улыбчивого, постоянно витающего в своём мире деда — могучим волшебником, каким его расписывал зарккан. Но теперь сомнения развеялись. Хилки, держа в одной руке Браксуса а в другой посох, оказался на самом острие атаки. Случайно так вышло или нет — девушка не заметила, но, судя по всему, старик уверенно взял на себя роль ледокола, прокладывающего путь всем остальным. Он шёл размеренно, чеканя каждый шаг.
Теперь от него не исходило былого спокойствия. Не способная к магии Дезире могла бы поклясться, что чувствует вокруг старика какое-то странное поле. И настолько оно было мощное, настолько напоминало взведённую гранату, что держаться от него хотелось как можно дальше. Но позволить себе этого девушка не могла.
Внезапно Дезире почувствовала, как земля под ногами начинает вспучиваться. Девушка взвизгнула и попыталась прыгнуть. Одна нога потеряла опору, отчего прыжок превратился в падение. За спиной раздались испуганные крики, сопровождающиеся беспорядочной стрельбой. Дезире что было сил вытолкнула Ани перед собой, а сама вцепилась в сухие, но прочные стебли какой-то травы. И, как оказалось, вовремя.
Крики за спиной усилились, но теперь к ним добавилось шипение. Девушка обернулась. Дороги, по которой они отступали, больше не было. Точнее, не стало целого куска автотрассы. В том месте, где ещё недавно лежало твёрдое асфальтовое покрытие, теперь зияла с каждой секундой увеличивающаяся яма. На её дне, окружённые неясными тенями, стояли пять человек.
