— Вынужден признать, господа, доказательства представлены убедительные. Более того, мои агенты проверили этот факт. Так оно и было на самом деле.
— Что это значит? — вскинулся Волконский. — Любого из нас могут прирезать, мгновенно переместившись откуда угодно?
— Это могут и прыгуны, — хмыкнул Сапега. — Но признайтесь, у всех есть отклоняющие артефакты, сбивающие настройки прыжка. У меня такая хрень в машине, главной резиденции и на личном дирижабле. С собой ношу хитрый амулет. Всё законно, с лицензией. Но очень дорого и… это работает.
— С Орденом Тени больше не работает, — возразил Трубецкой. — Ассасин зайдёт в любую резиденцию с ноги, и ваши артефакты его не остановят. Потому что наёмники из Ордена Тени не телепортируются, а проходят сквозь многомерное пространство. А это совершенно разные принципы.
— Поздравляю, — лидер Медведей первым сложил два и два. — Теперь нас можно шантажировать. Никто не в безопасности.
— Нужно ответить, — предложил Трубецкой. — Пусть англичане знают, что у них нет иммунитета.
— Предлагаете обратиться за помощью к тайным обществам? — заинтересовался Сапега. — Заказать Леннарда? Или Ступера?
Николай Филиппович покачал головой:
— Никого не надо заказывать. Мы передадим послание.
Князья и герцоги непонимающе уставились на лидера Эфы.
— Письмо? — брови Волконского взметнулись вверх. — И что это даст?
— Доставленное особым образом письмо, — уточнил Трубецкой. — Оно окажется там, куда проникнуть невозможно. В личном кабинете Ступера. Защищённом от прыгунов кабинете. Внутри будет предупреждение, а к письму мы приложим нож. Намёк более чем прозрачный.
— Но как вы собираетесь доставить это послание? — заинтересовался эмир Асад.
— Этим вопросом займётся наш человек, — отрезал князь. — По понятным причинам я не горю желанием раскрывать его личность. Но, поверьте, задание будет выполнено наилучшим образом.
— Мы догадываемся, кто это может быть, — прокомментировал Орлов.
— Что ж, — Трубецкой повернулся к Долгорукову. — Дело за тобой, Коля. Если уж доставлять письмо этим недоноскам, то от имени правящего имперского Рода.
Я освободился через несколько часов.
Письмо британскому премьеру было составлено, заверено подписями и печатями всех клановых лидеров, передано мне вместе с боевым ножом — одним из тех, что используют в схватках агенты СБ. По секрету мне сообщили, что там было всего три слова: «НИКТО НЕ ВЕЧЕН». Брем заверил, что Ступер поймёт, мужик неглупый.
Около часа я потратил на инструктаж. Телепат перекинул мне образы штаб-квартиры британского правительства в Вестминстере. Кроме того, мне передали имеющиеся планы здания, схему с кабинетом и подходами к нему, просветили насчёт охраны, вшитых артефактов и каббалистических ловушек. Уже через сорок минут я понял, что задачка не будет тривиальной — англосаксы оказались теми ещё параноиками. Всё осложнялось присутствием в моём доме Махмуда Шестого, которого нельзя подвергать опасности. Да и светить домоморфа в Лондоне не стоит — это не входило в задачи князей. Мне дали три дня на выполнение миссии. Нельзя медлить, поскольку удар англосаксы могут нанести в любой момент. Впрочем, Трубецкой намекнул, что он оценил бы ликвидацию Ордена Теней. Брошенная фраза «В долгу не останусь» говорила сама за себя.
Покинув дворец, я погнал на своём «Ирбисе» к пансионату «Приморский». Именно там у меня была назначена встреча с отцом Джан.
Пансионат у меня, что надо.
Старый владелец ориентировался на состоятельных аристо, банкиров, финансистов и прочих купцов, так что всё было выполнено по высшему разряду. Имелись конференц-зал, шикарное лобби, дорогой ресторан, мини-кинотеатр… Впрочем, я и раньше всё это перечислял. Вот только для личной встречи Назар Курт выбрал… додзё.
Что ж, одни назовут такой шаг непредсказуемым.
Я, напротив, этому не удивился.
Потому что успел изучить повадки здешних аристократов. Не важно, каким Родом правит одарённый — русским, турецким или японским. Чтобы узнать делового партнёра, потенциального зятя (а вдруг) или конкурента, эти ребята хотят прощупать собеседника с помощью боевых искусств.
У меня был план выспаться.
Точнее, фантазия.
И все эти игры, интриги. политика уже в печёнках сидели.
Но делать нечего. Узнавший меня портье сразу передал послание от гостя — господин Курт сейчас тренируется и будет чрезвычайно рад, если я составлю ему компанию.
Додзё — это не яма.
В пансионате зал выстроили по японским традициям, снабдив раздвижными сёдзи, прочными деревянными столбами, световыми окнами в крыше и прочими стандартными ништяками. Заниматься здесь мог любой постоялец, но сегодня кроме отца Джан никого не было.
Сняв обувь, я переступил порог.
Лакированные доски. Зоны, выстланные татами. Ринг и манекен вин-чун. Стойки с макетами оружия. Тренажёр для фехтовальщиков, боксёрские мешки на цепях. Мишени для метания ножей и топоров. Помещение просторное и всё подготовлено по высшему разряду.
Честно говоря, я не рассчитывал увидеть сверхмощного бойца.
