— Подожди, не вешай трубку. В нашей стране вообще лечат такое? Можешь порекомендовать грамотного специалиста?
Снова — затяжное молчание.
— Сходу не ответить. И да, и нет. Понимаешь, есть несколько целителей старой школы, которые давно перешагнули третий ранг. Но вдруг они отошли от дел? Или умерли, или ещё что? Надо созвониться, поговорить, и тогда я смогу ответить предметно. Опять же, с первичной диагностикой мне будет проще вести диалог.
— Договорились. Тогда жди, скоро они придут.
Сразу после этого разговора я нашёл Ольгу и отправил её к Илоне. Попросил, чтобы она отвела Соколинских к доку и помогла с диагностикой. После этого надо отчитаться мне о результатах. А лучше сказать о завершении диагностики, а уж к Зазе я сам загляну. Ольга незамедлительно отправилась выполнять приказ. Я же попросил Бродягу создать телефон и соединить меня с эмиром Асадом. Благо князь оставил контактный номер.
Трубку подняла неизвестная девушка:
— Вилла великого князя…
— Я в курсе. Соедините меня с господином Асадом, пожалуйста.
— С кем имею честь разговаривать?
— Барон Иванов.
Мы, конечно же, беседовали по защищённому каналу. Но я и не собирался открыто обсуждать тему грядущей сделки.
Раздался щелчок, и я услышал голос эмира:
— Здравствуйте, Сергей.
— И вам хорошего настроения, князь. В ближайшее время я отправлю вам номера позиций из каталога, которые меня заинтересовали. От вас — подробности по
— Вы решили принять моё предложение?
— Само собой.
— Очень хорошо. Ждите курьера. До связи.
Вот и весь диалог.
Повесив телефонную трубку, я вздохнул.
Жребий брошен.
Я втягиваюсь в эту войну, поскольку степень угрозы для Фазиса существенно выросла. И это говорят не руководители спецслужб Эфы, не гость из Самарканда и не дикторы новостей. Это говорят агенты Чёрного Ока — тех ячеек, которым я поручил изучить международную ситуацию. Агенты эти пообщались с некоторыми чиновниками в разных странах, перехватили интересные радиопередачи и даже включились в телепатический обмен между британскими офицерами, задействованными в операции. Всё, что говорил Саманид, подтвердилось. Планы вторжения имели место быть.
Пообщавшись со своими ребятами, я выяснил, что война в Персии — это верхушка айсберга. Турки собирают вторую ударную группировку — вот она и полезет к нашим границам. Этапы плана только начинают вырисовываться, но в общих чертах я понимаю замысел.
Что это значит?
Мне придётся ликвидировать гораздо больше целей, чем думает самаркандский эмир. Перечень этих целей уже собирается. Проблема ещё и в том, что действовать я буду безвозмездно. То есть даром. А всё потому, что никто не поручал мне убивать этих людей.
Просто у меня нет другого выбора.
— Может, чайку? — Теймурадзе взглянул на меня со странным выражением. — Или чего покрепче?
— Прикалываешься. Я ж несовершеннолетний.
— Ага, заливай. Ты полностью дееспособный глава Рода.
— А мороженко есть?
— Нету.
— Тогда ничего не надо, — я присел на кушетку и осмотрелся. — Рассказывай давай.
Вот не успеваю удивляться этому доктору. Ладно, целителю. Сам живёт в спартанских условиях, даже не успел толком мебелью обзавестись, машины нет, из имения почти не выбирается, а кабинет оборудован не хуже, чем в элитных частных клиниках Фазиса. Я здесь вижу не только письменный стол и удобную, раскладывающуюся кушетку, шкафчик с разными прибамбасами, холодильник для лекарств и всего такого, бактерицидные лампы и совершенно непостижимые штуки наподобие автоклавов… В глаза бросилась здоровенная хреновина, смахивающая на томограф. Я не понимаю, зачем это нужно одарённому уровня Теймурадзе, но мало ли. Слышал, что к аппаратным обследованиям хиропрактики тоже иногда прибегают, когда нужно подтвердить диагноз со стопроцентной гарантией.
Кресла для удобства посетителей тоже имелись в наличии. В одном из них я сейчас и сидел. А ещё был операционный стол, профи называют его ложементом. Эта приспособа была установлена в нише и закрыта раздвижной ширмой наподобие сёдзи. Сам целитель поселился в мансардном этаже, а весь нижний уровень отвёл под больничные палаты. Сейчас эти комнаты пустовали, и слава богам.
— Значит, так, — Теймурадзе зачем-то помыл руки в дальнем углу своей мегастудии, вытер их одноразовым бумажным полотенцем и точным броском отправил ком в мусорную корзину. — Мы
— Ты с коллегами консультировался? — перебил я.
— Да.
— И?
— Сергей, один из моих знакомых работает в Москве, специализируется именно на таких нарушениях. Деньги берёт сумасшедшие, Илоне вовек не скопить. Да и тебе такая сумма не понравится, но знаешь что?
— Что?
— Я тебе сейчас скажу одну штуку, которая считается… коммерческой тайной. Я тебе этого не говорил, если что. Но ты бы и сам сложил два и два, если бы пораскинул мозгами.
— Хватит тянуть…
