— Кота за яйца? — усмехнулся целитель, занимая привычное место за письменным столом. — Не буду, уговорил. В общем, ты видел хоть одного одарённого с врождёнными ментальными дефектами?
— Заза!
— Ладно-ладно. Клиника, о которой я тебе толкую… В общем, они проводят вмешательства, если пациент не пробудился. Не обладает сверхспособностями. Тогда за дело берутся хиропрактик и, не поверишь, морфист. Но основная работа у хира. Смекаешь?
— Пока не очень.
Теймурадзе посмотрел на меня, как на клинического идиота.
— А если пациент наделён Даром, но ещё не пробудился, то морфист занимается инициацией пациента. Хиропрактик только
— Заза, — вкрадчиво произнёс я. — Ты же в курсе, что я учился в гимназии Эфы?
— Да, и что?
— Сложно инициировать пробуждение. Некоторые так и не переходили с нулевого ранга на первый, потому что не осваивали глубокую медитацию. И это нормотипичные дети! А у нас аутистка.
— Поэтому и работает морфист.
— Но ей пять лет!
— Я же не сказал, что будет легко, — пробурчал Заза. — У неё проблемы в ядрах мозжечка, аномально увеличены нейроны. И да, рядовой снотворец не справится.
— Джан?
Теймурадзе покачал головой.
— Тогда кто?
— Возможно, её отец. А вообще, необходимый опыт есть у Ярика.
Я скрестил руки на груди и внимательно посмотрел на эскулапа.
— Шутишь. Он же боевой морфист.
— По-твоему, он всегда убивал людей во сне? Поговори с Демоном, он тебе много всего интересного расскажет.
— Хочешь сказать, Ярик
— Насколько мне известно, дважды.
— Хм, — я задумался. Выглядело всё сомнительно, но целитель был уверен в своих силах. — Набери-ка его. И сюда позови.
Телефонные кабели между построенными домами я проложил сразу. Так что импровизированный медпункт был связан с казармой и ещё несколькими важными объектами, включая Бродягу. Единственный нюанс — в казарме аппарат был только один, у дежурного. Пока мы ждали Ярика, я успел обдумать то, что меня смущало.
Во-первых, у нашего доморощенного хиппи отсутствовало медицинское образование. А как повлияют его конструкты на неокрепший детский разум… никто не знает. Во-вторых, большая часть пробуждений претендентов связана с подростковым периодом. Или с экстремальными условиями, в которые попал одарённый. Регина, например, спасалась от падения, вывалившись из окна. А вот случаев перехода на первый ранг в пять лет я не знаю. У Феди надо спросить, он мог.
— Идёт, — сказал Теймурадзе, бросив трубку на рычажки.
— Слушай, — я решил таки высказать свои опасения. — Я не хочу навредить девочке. Это же ребёнок. И теперь она в моём Роде. Мы…
— Не навреди, — перебил Заза.
— Что?
— Не навреди. Главный принцип целительства. Я осознаю груз ответственности. И ты, Сергей, знаешь мои принципы. Поэтому я связался через Ольгу с Яриком, и тот сбросил мне часть своих воспоминаний.
Я ошеломлённо молчал.
— А сразу чего не сказал?
— Так ты и не спрашивал.
— Хм… И что у него за воспоминания такие?
— Вот сейчас и узнаешь.
В кабинет боевой морфист завалился со своим фирменным «здарова, чувааак!», дал мне «краба» и предложил «курнуть чего-нибудь для просветления», но я благоразумно отказался. Такая себе реклама для пробуждающего, но мы начали разговор. И, слово за слово, я выпал в осадок. Оказалось, что на войне (Ярик не уточнил, какой именно), им с «корешем» надо было выходить из окружения, а тот всё ещё был «нулёвочкой». А папа у него — левитатор. Наши герои зашились в каком-то сарае, решили там переночевать. И Ярик, ради прикола, приснился своему другу, перепугал его до усрачки, «и тот, сука, взлетел». Ну, и вытащил обоих по воздуху, через реку.
Я стал задавать уточняющие вопросы, и выяснилось, что таки да, есть теория, согласно которой правдоподобный конструкт, неотличимый от реальности, может инициировать пробуждение. Ярик знал о таких вещах, а его учитель даже кого-то «поднимал» в сновидениях.
— А второй раз? — уточнил я.
И я узнал про второй раз.
Там уже была не война, а чистый бизнес. Знакомые знакомых, прослышав про тот случай с левитатором, привели к Ярику своего сына, выложили большие деньги и сказали, что заплатят больше, если мальчик станет одарённым. А там у пацана ещё какие-то проблемы со свёртываемостью крови имелись. А исполнилось мальчишке семь лет на тот отрезок времени.
— Скинь образы, — попросил я.
— Да не вопрос, — пожал плечами хиппи.
Мы подключили к консилиуму Ольгу, и вскоре я получил фрагменты чужих воспоминаний. Которые, мягко выражаясь, загнали меня в шок.
Гвардеец реально умел инициировать людей, наделённых сверхспособностями.
Умел.
Но, как водится, были нюансы.
Конструкты должны пугать, ставить пациента в тупиковую ситуацию. Когда или пан или пропал. И одновременно вселять веру в то, что это дерьмо происходит
