Всё ещё ожидая подвоха, Федос отправил свою проекцию в Северный Хорасан. Ольга по привычке обеспечивала связь. Пока мой упитанный друг собирал полезную информацию, я сгонял на кухню, сварганил полезный салат с оливковым маслом, вернулся в спальню Феди и поставил подношение на стол. Толстяк не заметил подвоха — он оперировал своей тенью. Я же ловил образы, запоминал расположение комнат в резиденции Салиха, делал важные пометки в блокноте. Мы попытались выяснить примерный распорядок дня британского агента, но для этого Феде требовалось провести в подключке несколько дней. А у меня был дедлайн, вытекающий из сложившейся обстановки. В итоге нам удалось получить доступ к документам личного секретаря лже-Салиха и выудить из ежедневника список задач на ближайшие дни. Красть блокнот я не стал, пришлось выучить все пункты наизусть. Узловые хронологические точки я записал и подчеркнул. На этом сеанс закончился.
Что ж, остаётся разработать пошаговый план.
И выбрать оружие.
Собственные сны я не люблю.
Большая часть этих видений, если уж я их запомнил, связана с моим прошлым. То есть, с потерями. Я сражаюсь, но никак не могу умереть. Терплю кораблекрушение. Бреду по пустыне, утратив надежду на спасение. Смотрю на закаты, встречаю рассветы. Вижу людей, которых любил, но не смог уберечь.
Иногда снится откровенный бред.
Сегодня я, например, переместился на корабль с Чужими и принял участие в зачистке их гнезда, а потом вдруг появился Заза и предложил выпить чачи. На вопрос, откуда у него чача в глубоком космосе, ответил со смешком:
— Ладно, пусть будет медицинский спирт.
И превратился в Джан.
Монстры куда-то пропали, звездолёт растворился в чёрной круговерти, а я обнаружил себя на берегу озера, рядом с домиком Илоны.
— Просил же не лезть в мои сны.
Уровень детализации зашкаливал.
А это — верный признак конструкта.
Кстати, в конструктах всегда есть внутренняя логика. События не распадаются, персонажи ведут себя предсказуемо. Фон проработан. Выдержана атмосфера. А всё потому, что образы собирает не ваше больное воображение, а вполне конкретный морфист, владеющий навыками структурирования.
— Ты ещё просил сообщить, если Марта поправится.
— Они и тебя подключили?
Джан молча указала на домик.
Ещё секунду назад пустовавшая терраса превратилась в место уютных посиделок. Заза о чём-то беседовал с маленькой девочкой, которая позавчера приехала в усадьбу. Ярик дымил кальяном в углу террасы, расположившись на некоем подобии топчана. Илона материализовалась рядом с нами.
Марта заливисто смеялась.
— Всё хорошо? — я недоверчиво смотрел на эту идиллическую картинку.
Завидев меня, хиппи приветливо помахал рукой.
Илона пожала плечами:
— Ярик говорит, она пробудилась. Но мы не можем это проверить, пока Марта не выйдет в реальный мир. И… нам понадобится логопед. Она же совсем не умеет разговаривать.
— Я найду специалистов, — пообещала Джан. — Логопеда-дефектолога.
— С постоянным проживанием у нас, — добавил я. — Так проще и быстрее. Полный пансион, повышенная зарплата. А как мы поймём, что у неё есть Дар?
— Я почувствую, — заверила Илона.
— Хорошо, — киваю в ответ. — Займитесь этим вопросом. У меня есть неотложное дело в другой стране и… я на какое-то время исчезну.
— Опять переброска? — нахмурилась Джан.
— Быстрая. Потом заберёте меня обратно. У Бродяги все инструкции.
Джан не стала спорить.
Мы направились к террасе.
Ярик отвлёкся от своего важного занятия:
— Чувааак! Как оно? Всё путём?
— Надеюсь, — усмехнулся я. — Ты вывел её на первый ранг?
— Базара нет! — морфист ответил в своей привычной манере. — Я могу это ощущать прямо здесь.
— Во сне? — охренел я. — Ты воспринимаешь возмущения ки в конструктах?
— Я тоже это умею, — встряла Джан. — Если что.
— В общем, она больше не нулевая, — заявил Ярик. — Можешь мне поверить.
Марта подбежала к нам:
— Мама, а кто это?
— Дядя Сергей, — ответила Илона, обняв дочку и погладив по голове. — Мы теперь живём на его землях.
— Разве он дядя? Молодой же совсем! Он аристократ? Ты на него работаешь?
Обычный ребёнок засыпал мать обычными вопросами. Я больше не чувствовал этот барьер, разделявший нас в момент собеседования.
— Сергей носит титул барона, — объяснила ясновидящая. Даже во сне мне казалось, что у неё наворачиваются слёзы на глаза. Только это были слёзы радости. — Да, я на него работаю. Точнее, служу его Роду.
— А как это? — заинтересовалась Марта. — Служить Роду?
— Помогать отбиваться от врагов, — улыбнулась ясновидящая. — Я наблюдаю за небом и за дорогой. Помнишь ту штуку, что я показывала?
— Радар, — ответила девочка.
— Правильно. Чтобы на нас никто не напал, я слежу за радаром.
— Круто! — девочка отстранилась от матери. — А мы сейчас во сне, да? Можете мне приснить самокат? Или велосипед?
— Хоть дирижабль, сестрёнка! — раздался весёлый голос Ярика. — Держи.
Рядом с нами возник трёхколёсный велосипед, аккурат по росту Марты. Девочка с сомнением уставилась на это изделие.
— Я могу кататься на двухколёсном.
— На, — Ярик щёлкнул пальцами.
