— Брем сказал, что халиф прибыл на самолёте один. Все, кто сопровождал его в изгнании, окажутся в порту Фазиса через пару дней.
— И где они будут жить?
— Во дворце Трубецкого.
— Что мешает взять близкого халифу человека в заложники? Например, кого-то из его детей, претендующих на трон в будущем.
— Хороший вопрос.
— Ответ на него есть?
— Брем сказал, тема деликатная. Халиф сам поговорит с нами и, вероятно, попросит о защите для ещё нескольких человек. Но это не точно.
— Догадываюсь, о ком идёт речь, — прошептала морфистка.
— Не хочешь меня просветить?
— А вот не хочу! — с вызовом ответила Джан. — Для начала свяжись с Ией, пусть готовится к приезду гостей. Рассчитывать, я так понимаю, нужно на одного халифа. Или герцог Брем почтит нас своим визитом?
— Без понятия. Может, и почтит. Я, знаешь ли, не любитель продолжительных пирушек. Мне бы пораньше лечь спать. Тренировочный режим, все дела.
Джан всплеснула руками:
— Ты меня поражаешь, Сергей! Вот как можно быть настолько… недальновидным? Ты хоть понимаешь, какие перспективы откроются после близкого знакомства с Махмудом? Когда он вернёт власть…
— Не когда, — мягко поправил я. — А
У меня же намечается игра, из которой выйти победителем будет крайне сложно. Решить проблему Барского можно лишь одним способом — вычислить тех, кто послал многомерного убийцу. А я почти уверен, что это зарубежные спецслужбы. Опыт прошлых жизней подсказывал, что пересекаться со спецагентами — довольно сомнительное удовольствие. И я толком не представляю, с какого конца браться за эту работу. Поэтому на начальном этапе вместо меня будут действовать рептилоиды Чёрного Ока. Когда же мы выйдем на правильных людей, подключится Панджаитан. Устраним заказчиков и постараемся выяснить, откуда у неведомого убийцы столь необычная экипировка. Эх, сдаётся мне, тот бой не был последним.
С Тимофеем я всё же связался.
И обеспечил прямое соединение Джан с Ией.
На какое-то время наступила благословенная тишина, позволившая мне покорить ночной серпантин, насладиться городскими огнями внизу и обогнать кортеж с высокопоставленным гостем на целых полчаса.
Весь дом стоял на ушах.
И не только дом.
Предусмотрительный Демон выгнал всех наших пилотов, усилил патрули и наряд у КПП, распределил одарённых бойцов таким образом, чтобы они могли отразить нападение в непосредственной близости от Бродяги. В воздухе я заметил парочку левитаторов.
Суета царила и в усадьбе.
На кухне гремела посуда, по коридорам распространялись вкусные запахи, а Бродяга, судя по изменившейся конфигурации, затеял очередную перестройку.
— Что это вы удумали? — спросил я у Джан.
— Добавили лишний этаж, — турчанка невинно захлопала глазами. — Сам понимаешь, высокий гость привык к более… королевским условиям. Халиф если и путешествует с официальными визитами, то живёт в президентских или императорских апартаментах. Это пентхаусы по триста квадратных метров. А у нас даже близко нет ничего подобного.
— Зато ему башку не оторвут, — резонно замечаю в ответ. — Ни один королевский люкс не предоставит таких гарантий безопасности, как Бродяга.
— Это не повод пренебрегать законами гостеприимства, — отрезала Джан. — И да, скажи спасибо, что я в детстве присутствовала на приёмах во дворце Махмуда. И имею кое-какое представление о блюдах, подающихся при дворе…
— Бродяга, — обратился я к домоморфу. — У тебя есть сборник кулинарных рецептов Халифата?
— Разумеется, — ответил артефакт. — Самый старый датирован 1713 годом.
— Прекрасно, — я повернулся к остолбеневшей Джан. — Берите и пользуйтесь. А я искупнусь в бассейне на сон грядущий. Когда приедут эти упыри — позовите меня.
Эффект неожиданности был столь велик, что я сумел исчезнуть из зоны боевых действий, переодеться в плавки и махровый халат и отправиться по своим делам. Окунувшись с головой в басик, вновь поверил, что жизнь налаживается. А потом со мной вышел на связь Новодворский и сообщил, что кортеж проезжает через КПП. Пришлось оперативно бежать в свою комнату и переодеваться во что-то «подобающее». По дороге я столкнулся с несчастным Федей, наряженным в белую рубашку, летний костюм-двойку и сетчатые туфли. Шею оружейника украшал галстук.
— Издеваетесь? — бросил я на ходу.
— Это к Джанушке, — парировал толстяк.
Моё внимание привлёк странный шум. Перегнувшись через перила лестницы, я увидел Гога и Магога, которые переставляли какие-то здоровенные вазы в нишах.
Горничных у нас было целых две.
И они носились как угорелые между третьим и четвёртым этажами. Да-да, у нас теперь есть четвёртый этаж. Не триста квадратов, но тоже ничего.
