Домоморф научился действовать оперативно и без моего вмешательства. Пока я топал на второй этаж, артефакт переместился в открытое море, сотворил под отжившим своё «тоггом» круглое отверстие и отправил груду металлолома в пучину. Теперь ни один ясновидец не прикопается.
Быстро забежав в свою комнату, я сделал отметку на стикере.
Сходил в арсенал, прицепил подмышечную кобуру и вложил в неё наган с навинченным глушителем. Аккуратно вложил трость в фиксаторы, открыл футляр с кусаригамой и стал неторопливо наматывать цепь на кулак.
Работать буду под иллюзией.
Доказанная эффективность.
— Бродяга, летим в Эрбиль.
Миссии начинают усложняться.
Всё, чем я занимался до сих пор, можно считать разминкой перед серьёзными испытаниями. Я уже не могу назвать себя хирургом, точечно вырезающим опухоли. Я полноценно влез в эту войну и начинаю истреблять тех, кто планировал ступить на мою землю.
Эрбиль — небольшой военный городок на границе с Персией.
Сейчас оттуда вылетит дирижабль с очень серьёзным грузом на борту. Отряд мехов и пилотов, упакованные в ящики големы, пирокинетик, геомант и очень сильный мужик, научившийся управлять электричеством. Ещё несколько таких цеппелинов должны прибыть к линии фронта из Трабзона, но там ещё не закончилась комплектация. И мои верные адепты из Чёрного Ока вот-вот вступят в игру. Если бы не эти факторы, оборону могли бы прорвать.
Домоморф встроился в заброшенный склад.
Ближе переместиться мы не могли, потому что цеппелин висит над взлётно-посадочным полем.
Ворота давно сняли — сквозь прямоугольный проём можно было увидеть низко плывущие облака. Дождя в Эрбиле нет, но вот ветер холодный, пронизывающий.
Я активировал иллюзию и зашагал через поле в сторону громадного серого баллона с полным отсутствием надписей и маркировки. Последний автопоезд, осуществлявший доставку провизии, отъехал к группе одноэтажных зданий на горизонте. Там же, на горизонте, вспучились горы, у подножия которых Эрбиль и построили.
Одежда и работающий артефакт позволяли мне слиться с окружающим ландшафтом.
А дирижабль оказался здоровенным. Раза в три или четыре больше пассажирских, на которых мне доводилось летать. И тот, что у меня в Красной Поляне, выглядит поскромнее.
Транспортные военные дирижабли имеют непривычную для непосвящённых людей конструкцию. Грузоподъёмность обеспечивается увеличенным баллоном, который ещё и каббалистами укреплён. Гондола больше напоминает подвесной контейнер — внутри никаких кают, зато куча внешних и внутренних трапов. Часть груза хранится в трюме первого яруса, часть — на подвеске. Зачастую имеется отсек для десанта, а также скромные каюты для командного состава. Издалека вся эта история напоминает гипертрофированный морской контейнер с иллюминаторами в верхней части. Ну, и движки на пилонах, куда ж без этого.
Я ускорил шаги.
До отлёта осталось не так уж много времени, а я ещё должен успеть навести порядок в этом гадюшнике. Превратить живых врагов в мёртвых.
Кама просвистела в воздухе, описывая финальный круг.
Завершив оборот, я подтянул серп, перехватил за рукоять и развёл руки, готовый ко всему. Правда, готовиться было не к чему. Вокруг — тела с отрубленными руками и ногами, разбитыми черепами и изуродованными грудными клетками. Лужи крови, красные росчерки на стенах, брызги на потолке.
Я стоял посреди десантного модуля, предназначенного для транспортировки пилотов.
Никто из них так и не понял, что их убило.
По идее, управлять мехами больше некому. Я перебил всех. Остались члены экипажа и самые опасные одарённые, за которыми я сюда и явился.
Переборки становятся прозрачными.
Я могу просматривать все ярусы дирижабля, его технические отсеки, каюты, рубку и коммуникации. Трапы и коридоры. Образы своих жертв я видел, мне их сбрасывал телепат-рептилоид.
Что интересно, моего визита никто не заметил.
Сила маскировки!
Капитан и его помощники готовятся к взлёту, техники возятся в двигательном отсеке. Геомант читает книгу в своей каюте на одной из верхних палуб. Электрик прогуливается по трапам и коридорам. Пирокинетик лежит на койке, тоже в каюте, и, судя по всему, пытается уснуть. Големы таскают в трюм ящики и коробки с едой.
Прикидываю оптимальный маршрут наверх.
Начать следует с тех, кто спит или читает. Они не готовы к схватке и не представляют угрозы при внезапном нападении. А вот драка с электриком может создать лишний шум.
Впрочем…
Кто собирается вступать в драку?
Я тщательно вытер перчатки и лезвие камы об одежду ближайшего мертвеца. Намотал цепь на левый кулак, а правой рукой достал из кобуры наган с глушителем. Выпрямился и неспешно побрёл к двери в тамбур. Просочился через полотно, свернул налево, сквозь переборку, и оказался снаружи. На крутых ступеньках внешнего трапа, связывающего технические люки. Поднявшись на четыре марша, ныряю в стену и оказываюсь на жилом уровне. Здесь всего шесть кают, четыре из которых зарезервированы членами экипажа. А экипаж этот занял места согласно штатному расписанию.
